Восемь обезьян — история о молодом парне из Питера, решившемся покинуть город, чтобы избежать непрекращающегося осеннего дождя. В эпицентре повествования находится маленькая группка друзей, с которым он отправляется в далекое путешествие по загадочным лесам и мрачным замкам, где каждый из них приходит к своей судьбе....
— Весь сон мне сбил!
— Кругляшок-то интересный, Парфен Маркелыч! — вполголоса проговорил старик. — Да к тому горячий, побоялся я до утра его оставить. Как бы гости не наведались.
— Кровь, что ли, на нем?
— Кровь, Парфен Маркелыч! — вздохнул старик. — Ты же знаешь, дружки у меня неаккуратные!
— Учить их надо!
— Я учу, учу, да они плохо мое учение слушают!
— Ладно, некогда мне с тобой калякать! Показывай свой кругляш!
Старик достал из-за пазухи тряпицу, развернул ее и протянул хозяину монету. Тот ухватил ее цепкими пальцами, поднес к свече и принялся разглядывать, поворачивая то одним, то другим боком.
— Интересный кругляш! — проговорил он наконец. — Никогда прежде такого не видывал!
— Вот и я говорю, что интересный! — подхватил старик. — Так сколько ты, Парфен Маркелыч, мне за него отслюнишь?
— Ну, я человек добрый, за лишним барышом не гонюсь, дам тебе честную цену — четыре рубля.
— Ну, Парфен Маркелыч, зря я тебя, выходит, будил! — Старик протянул руку за монетой. — Пойду я уже, пожалуй!
— Куда это ты собрался? — спросил хозяин, вцепившись пальцами в монету.
— К немцу пойду, к Конраду Фридриховичу. Он хоть и не православный, а цену даст христианскую. А то надо же, четыре рубля!
— Ты подожди, Митрофан, ты не спеши! Зачем сразу к немцу? Надо посидеть, поговорить… садись, Митрофан! — он указал гостю на венский стул.
— Да уж чего рассиживаться? Время позднее, на улицах неспокойно. Либо назови честную цену, либо уж я пойду.
— Это тебе-то, Митрофан, неспокойно? — усмехнулся Парфен Маркелыч.
— Ну, побойся Бога, Парфен Маркелыч!
— Да сколько же ты хочешь?
— Меньше десяти никак нельзя. Меньше десяти — это уже обидно. Зря мы, что ли, работали?
— Десяти-и? — протянул хозяин. — Да ты, Митрофан, видать, крепко выпил! Десять — это уж ты загнул! Твой кругляш и вовсе таких денег не стоит, а на нем еще кровь… ее ведь отмывать нужно.
— Ну, не впервой тебе кровь-то отмывать! В общем, так, Парфен Маркелыч: либо бери за десять, либо я к немцу пойду.
— Да тебе и немец столько не даст!
— А вот мы это поглядим.
— Ладно, коли уж ты меня разбудил — давай договоримся. Заплачу тебе семь рублей, хоть мне это и в убыток получится. Но уж ни на копейку больше!
— Девять, — строго ответил Митрофан.
— Ох, что с тобой делать… семь с полтиной.
— Восемь — или ухожу. — Митрофан шагнул к двери.
