— Можно, я у вас переночую? В подъезде травят крыс, объявление висит из санстанции. А они не травятся, только с ума сходят. Одна из вентиляции нос показывала — не смейтесь, и глаза, и усы… И хвост около мусоропровода мелькнул. Честно! Боюсь я их! — Всю эту тираду девочка выпалила на одном дыхании. Румянец пятнами покрыл ее щечки, на глаза навернулись слезы.
Рублев с Подберезским переглянулись и расхохотались. Уж очень испуганный вид был у просительницы, всегда строгой и уверенной.
— Ночуй, завтра суббота, в школу не надо.
— Я рано встану, не волнуйтесь. К полудню родители могут вернуться — я хочу успеть курицу запечь и пару салатиков изготовить.
— Молодец! — хором похвалили ее взрослые мужчины, а Комбат добавил: — Сергей пусть на моем диване ляжет, а тебе у себя постелет. Мы с Андреем сейчас уйдем, а когда вернемся — не знаем. Может, через час, а может, и через день. Справляйтесь здесь сами…
— Ой, спасибо вам! — облегченно прошептала девочка.
Серега благодарно посмотрел на отца. Он верил, что унизительных сентенций по поводу того, чтобы они «хорошо себя вели», батя не допустит. Да и не предполагали они с Таней, что придется ночевать одним.
— Ну прямо как близнецы, — вскользь заметила Танечка двум взрослым дядькам, толкущимся в прихожей. Она уже успокоилась, вынула из рюкзачка свои домашние тапочки, переобулась и направилась вслед за Сережей в его комнату к компьютеру.
— Слышь, Подберезский, а ведь права малышка. Переодеться нам надо, имидж сменить. Ты джинсы мои надень и свитер, я — костюм. А то родство душ, интересов и вида занятий слишком бросается в глаза. Ссутулься, что ли. Я бы и сам сгорбился для такого дела, да видела меня наша героиня, заподозрит неладное.
Танечка, как ребенок воспитанный и привыкший к тому, что Сережин папа иногда «играет в мальчишечьи игры», не выказала никакого удивления, когда дядя Боря и дядя Андрей попросили у нее совета, как лучше одеться, чтобы не напоминать близнецов. Она критически осмотрела гардероб Комбата, указала ему на единственный строгий пиджак, велела Сережке установить гладильную доску для брюк."
"— Ас вами, дядя Андрюша, давайте ко мне сбегаем. Я в неликвидном товаре подберу что-нибудь китайское, повседневное. Там и поярче найдется, и поскромней. У нас несколько тюков с тряпками на балконе стоят — не продажное, не пользуется спросом. Родители надеются, что мода старая когда-нибудь вернется…
— Вот умница, — обрадовался Рублев, уже было приунывший от присутствия в своем шкафу исключительно камуфляжной коллекции.
Глядя, как уверенно Танечка бросает на диван джинсы, куртки, мастерки, Андрей вдруг с ужасом вспомнил Марину. Однажды встретив такую тварь, перестаешь верить кому бы то ни было.