Восход багровой ночи — это драматический шедевр о мести и загадочных связях в глубине страны. Атмосфера книги напоминает черно-белые фильмы 30-х годов, когда тенями окутаны все персонажи. Встречаются выжившие после катастрофы люди, где каждое слово и каждый жест имеют значение....
Но все изменилось, когда к власти пришел Корф… Никогда мы не сражались с собратьями на потеху остальным… Никогда мы не сажали своих на цепь. Ты очень смелый, Тимофей Зверев. Надеюсь, когда ты встанешь во главе клана, все изменится.
И он вдруг шагнул в сторону, освобождая беглецам проход.
– Ты пропускаешь нас?! – Альф от неожиданности едва не упал в обморок. – Но почему?
– Потому что он, – Бернард ткнул пальцем в Тимофея, – не убил меня во время нашего поединка, как того желали Корф и его приближенные. Открыто выступить против главы Ордена я не посмею.
И он, не оборачиваясь, зашагал прочь. Беглецы изумленно переглянулись, затем бросились наверх.
– Спасибо! – крикнул Тимофей вдогонку Бернарду, но великан не ответил. Вскоре его шаги затихли вдали.
По длинному темному переходу они добрались до дальнего крыла здания.
В академии «Пандемониум» тут располагались кабинеты администратора и некоторых преподавателей. Здесь же Тимофей увидел лишь пыльные двери без табличек и потемневшие от времени портреты на потрескавшихся стенах.
Вернер шел первым. Повернув за угол, он вдруг резко отпрянул назад, натолкнувшись спиной на Бельцева. Во все стороны полетели брызги жидкой грязи.
– Что там? – забеспокоился Альф.
– Кадавр, – дрожащим голосом произнес Вернер.
– Кто?!
Все выжидающе замерли и прислушались. Вскоре до них донесся звук шаркающих шагов.
– Живой труп, – пояснил Вернер. – Бродит у двери лаборатории.
Тимофей высунул голову из-за угла и застыл.
В их сторону двигался человек в бесформенном черном балахоне, которого он еще совсем недавно видел лежащим на носилках в библиотеке. Тот самый мертвец, которого подняли Вещие Сестры. Он ковылял, подволакивая ноги, а его руки безжизненными плетьми болтались по сторонам. Но выражение его лица было осмысленным и целеустремленным, а глаза горели лютой злобой.
– Всего лишь Цербер, охраняющий дверь, – произнес Сергей. – Но почему он двигается?
– Некромантия, – с ненавистью прошептал Вернер.
– Я вообще вижу первый раз, – пролепетал из-за спины Тимофея Альф. – Ничего, если я сейчас завизжу, как девчонка?
Зверев не сводил глаз с кадавра, а тот подходил все ближе, скаля желтые зубы. Полы балахона волочились за ним по полу. Наконец он увидел всех четверых, и его бескровные губы исказились в злобной усмешке. А затем он просто бросился вперед."
"Парни кинулись врассыпную.
