Восход багровой ночи — это драматический шедевр о мести и загадочных связях в глубине страны. Атмосфера книги напоминает черно-белые фильмы 30-х годов, когда тенями окутаны все персонажи. Встречаются выжившие после катастрофы люди, где каждое слово и каждый жест имеют значение....
– Но сами тексты песен могли быть и получше? – усмехнулся Корф.
– Верно, – кивнул Тимофей.
– Отлично. Ведь мы здесь не только для того, чтобы слушать музыку.
– Правда?
– Я хочу, чтобы ты кое-что для меня сделал.
Тимофей удивленно обернулся. Корф не сводил с него серьезного взгляда.
– Ты должен продемонстрировать мне, как уже научился управлять своим даром, – произнес он, буравя Зверева пристальным взглядом. – Мне нужно публичное проявление твоих сил.
– Но я уже делал такое раньше! В горящем кинотеатре.
– Теперь все будет иначе, Тимофей. Теперь ты с нами. Тушить ничего не придется, – заверил его Корф. – А вот поджечь…
– Хотите, чтобы я устроил пожар?! – не на шутку перепугался парень.
– Именно. Прямо на сцене. Пусть все выглядит как несчастный случай. Замыкание электропроводки или что-то в этом роде.
– Вы с ума сошли? – на всякий случай поинтересовался Зверев.
– Отнюдь, – улыбнулся Корф, но глаза его оставались ледяными. – Я должен понимать, можем ли мы на тебя рассчитывать.
– Но… Но ведь могут погибнуть люди!"
"– Не обязательно. Здесь все зависит только от тебя. Ну и от них самих, конечно. От того, как толпа поведет себя в чрезвычайной ситуации. Так ты выполнишь мою просьбу или нет?
– Выполню, – со вздохом сдался Тимофей. Что еще ему оставалось? – Только скажите, когда…
– Ближе к финалу концертной программы, – удовлетворенно кивнул Корф.
Это задание Тимофею совсем не понравилось. Ничего хорошего из этого точно не выйдет. Но не стоит разочаровывать Корфа. Да и отказываться как-то неловко, ведь тот столько для него сделал. К тому же родня, хоть и дальняя… Не стоит сейчас портить отношения с Кланом.
Дамиан продолжал петь, умудряясь при этом очень энергично двигаться. Каждая его песня срывала продолжительные овации и дикий восторг толпы.
И вот наконец тот положил руку ему на плечо.
– Пора, – шепнул Корф, и Тимофей нехотя кивнул.
Он внимательно осмотрел сцену и декорации, затем сосредоточился, крепко сжав кулаки. И тут же ощутил знакомое жжение в груди, которого уже долго не испытывал.
Его тело охватило тепло, которое становилось все сильнее.
