Восход багровой ночи — это драматический шедевр о мести и загадочных связях в глубине страны. Атмосфера книги напоминает черно-белые фильмы 30-х годов, когда тенями окутаны все персонажи. Встречаются выжившие после катастрофы люди, где каждое слово и каждый жест имеют значение....
Начала Сабина:
Слышишь, корм для воронья?Это мы, твои друзья.В тьму ушедший, отзовись.Ну, кадавр, пробудись!Едва она договорила, заклятие подхватила Алика Миронова:
В ожидании войныНам на верность присягни!Опрокинем мир вверх дном.Отдыхать будешь потом.После нее вступила Татьяна Купала:
В мир вернуться без помех…Шанс такой есть не у всех.И, пока призыв не смолк,Отрабатывай свой долг.И мертвец на столе зашевелился! Бледное тело напряглось, подалось вперед и, будто нехотя, медленно село на носилках.
Корф, Аскетилл и Миккель восторженно следили за происходящим, не замечая ничего вокруг. Но Саяна вдруг подняла голову и посмотрела прямо на Тимофея.
Зверев тут же бесшумно отпрянул от стекла и на цыпочках кинулся прочь. Но, вспоминая ее лицо и странную улыбку, Тимофей точно знал: она его заметила.
16
Плата за молчание
Едва войдя в корпус, Тимофей столкнулся в гостиной с Германом Подольским. Тот выглядел немного странно в форме ученика темной академии.
– Какие люди и без охраны, – спокойно протянул Герман. Он встал с потертого дивана и медленно направился к застывшему парню.
– Лучше не подходи ко мне, – сразу предупредил его Тимофей.
– Боишься за свою шкурку, Ликой? Тебя ведь так все называют? Не волнуйся, я отлично усвоил урок, – вкрадчиво произнес Подольский. – Пока ты нужен Огненным волкам, я тебя не трону.
– Зачем тебе моя шкура? Думаешь, тебе позволят просто так уйти с ней? Я такой же Огненный волк, как и другие. Убьешь меня – тебя самого выследят и разорвут."
"– О нет, ты не такой, как все. Я вдоволь наслушался слухов о твоей избранности и готов рискнуть. К тому же у меня к тебе личные счеты, Зверев, – тихо произнес Свежеватель. – У меня была такая отличная команда! Мы убивали оборотней и забирали их силы… А теперь я остался без помощников, и наш славный триумвират распался.
– Отомстишь мне? – Тимофей едва не рассмеялся ему в лицо. – Ты хотел освежевать меня! Я лишь дал тебе отпор. И скажи спасибо, что жив остался…
– И ты называешь это жизнью?! – завопил вдруг Герман.
