Восход багровой ночи — это драматический шедевр о мести и загадочных связях в глубине страны. Атмосфера книги напоминает черно-белые фильмы 30-х годов, когда тенями окутаны все персонажи. Встречаются выжившие после катастрофы люди, где каждое слово и каждый жест имеют значение.
Зверев вышел на крыльцо, спустился по растрескавшимся ступеням и медленно побрел по дорожке, петляющей между высохшими газонами. Навстречу ему из здания библиотеки двигались три девушки в черных одеждах. Присмотревшись, Тимофей узнал Вещих Сестер и мысленно выругался. Почему он все время натыкается на тех, с кем предпочел бы вообще никогда не встречаться?
– Зверев, – с неприятной улыбкой протянула Сабина Ферез. – Гуляешь в одиночестве? В такое время?
– И ничего не боишься? – подхватила Татьяна Купала, поправляя волосы.
– Кого мне бояться?
– Ну мало ли, – пожала плечами Алика Миронова. – Здесь обучаются очень опасные ребята… Многие убьют тебя, не задумываясь. Особенно если будут уверены, что об этом никто не узнает.
– Ты даже не представляешь, чьи отпрыски тут учатся, – добавила Татьяна. – Потомки диких лесных чудовищ и людоедов, болотники, банники и ауки. Это тебе не «Пандемониум», где всех учат быть терпимыми друг к другу!
– К сожалению, – вздохнул Тимофей, соглашаясь. – Серпентарий еще тот.
– Но зато здесь нас никто не унижает! – сверкнула глазами Алика. – Здесь нас боятся!
– И не зря. Мы еще покажем всем этим избалованным хлыщам из «Пандемониума»! – воскликнула Сабина Ферез.
– Всем, кто насмехался над нами, – пояснила Татьяна. – Всем, кто унижал нас!
– Вы творили всякие гадости, – напомнил им Тимофей. – Сами напросились.
– Как говорит Корф, злодейство и пакости в нашей природе, – заявила Алика, – это заложено в нас на генетическом уровне. Так что мы ни в чем не виноваты.
– Хорошее оправдание. Творите гнусности не потому, что злобные стервы, а потому, что так положено? Да вы сами себя слышите? – невесело усмехнулся Тимофей.
– Думаешь, ты чем-то лучше нас? – подбоченилась Сабина. – Сколько ты здесь? Несколько дней? Но уже делаешь успехи, Зверев. Устроил пожар на концерте Дамиана, а теперь и Германа отправил в подвал.
– Об этом уже половина академии шепчется, – хохотнула Алика.
– В подвал? – не понял Тимофей. – Какой еще подвал?
– Жуткое место, где наказывают провинившихся! – ответила Татьяна. – Но Германа мне ничуточки не жалко. Он со своими дружками-свежевателями прикончил немало Первородных…
– Подвал – страшное наказание, – понизив голос, добавила Алика. – Там нет ни света, ни вентиляции. Тебя раздевают догола и привязывают к каменному столбу, а раз в день обливают ледяной водой, будто дикого зверя в клетке. И так несколько дней, пока не начинаешь сходить с ума от безысходности. Так что осторожнее, Зверев.
