Восходящее солнце окончательно озаряет комнату, а фигура мужчины в черном бушлате и белой рубахе привлекает всеобщий внимания. Поднявшись на ноги, он продолжает оценивать ситуацию — взгляды людей сосредоточены как никогда раньше. В этом уединенном месте что-то происходит необычное, и каждый ждет, что следующим шагом станет то, что перевернет все в эту секунду....
Похоже, «Восход. Солнцев. Книга II» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Снова запихнул и затянулся.
— Ничего я не хочу, — встал Трутень. — Пока еще рано говорить, но теперь я точно убежден и принял решение.
— Что мы будем делать? — уставился лейтенант.
— Ты видел рапорты. Все как один повторяют слово в слово то, что сказал и написал Солнцев. Или мальчишка имеет сильнейшее влияние на людей, это мы с тобой только что увидели своими глазами, ну, или второй вариант: его слова — правда…"
"Подполковник взял китель, накинул его на плечи и запихнул руки в карманы брюк. Перекидывая мундштук трубки во рту, он вышел.
— Чую я, не к добру, — сказал он вслух. — Что же ты за человек, Солнцев?
* * *Я выбежал на улицу и застал Обручеву, которая пыталась прорваться к домику Самсона. Ей мешали военные, а она трясла какой-то бумажкой.
Увидев меня, Ольга успокоилась. Подошел к ней.
— Боря, нас отпустили, и я вернулась в казарму, а там… Письмо, Лиза оставила, и ее нет. А там. Там… — писклявым голосом, готовым сорваться на слезы, причитала девушка.
Выхватил листок бумаги из ее руки.
'Уважаемая Ольга Павловна! Прошу прощения за свое поведение, надеюсь, я ничем вас не обидела. Хоть у меня никогда в жизни не было подруг, я бы хотела думать, что мы с вами стали ими.
Позаботьтесь об отряде, который недобровольно, но стал нашей странной семьей. У меня нет будущего ни здесь, ни в мире, поэтому прощайте!
Передавайте всем привет. И прикройте Солнцева, когда потребуется. Этот дуралей будет идти только вперед. Не знаю, хватит ли у вас сил поспевать за ним.
С уважением, Царева Елизавета Сергеевна'.
Обручева смотрела на меня глазами ребенка, у которого отобрали желанный подарок. Вот же дура! Что за показательная жертвенность? Царева думает, что от ее смерти кому-то станет легче? Я тут жилы рву, чтобы ее шкуру спасти, а она… Смял послание и пошел.
— Ты куда? — схватила меня Ольга. — Бросишь Лизоньку?
Повернулся и посмотрел на девушку взглядом своего отца. Она отпустила мою руку и отшагнула назад.
— Идиотка! — произнес вслух.
В моем старом мире, если ты сдаешься, то ты слаб, и тогда сожрут. Никто не вспомнит о тебе и не будет переживать. Поэтому все цеплялись за жизнь, пока оставались силы. И даже когда заканчивались, все равно боролись.
Подошел к домику, где расположился Долгоруков.
— Доложите, что Солнцев пришел. Это срочно, — обратился я в военному.
