Борис добрался до стены. Выжил. Стал сильнее. Кажется до осуществления плана осталось всего ничего. Но... Разведка его величества крайне заинтересовалась Солнцевым, что спутало все карты. Отец не оставляет попыток избавиться от "любимого отпрыска". Так мало того появились новые враги....
Похоже, «Восход. Солнцев. Книга II» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Оставь у себя пока, — сказал я тихо и засунул его руку ему же в карман. — Сколько там?
— Пятьсот рублей, — словно какой-то секрет сообщил Говорунов.
— Отлично! — хлопнул его по плечу.
Так, двести с чем-то верну Цветковой. Останется триста. Еще доля с Долгоруковой. Особенно меня интересует эликсир с монстра для подмастерья. Остатки того, что там еще есть, пущу в дело. Свой план я не собирался останавливать.
Мы зашли в казарму.
— Солнцев, за мной! — приказал сержант.
Последовал за Самсоном.
— Даже не знаю, что сказать! — выдохнул Твердохлебов и закурил сигарету у себя в кабинете, когда дверь закрылась и мы остались наедине.
— В этом мире одним уродом стало меньше, — ответил ему, смотря в окно. Меня мало заботила смерть Семена.
— Верка немного просчитался, — выпустил кольцо дыма сержант. — Первым добрался Трудный.
— Простите? — перебил я его.
— Трутень! — закашлялся Твердохлебов и огляделся по сторонам. — Подполковник. Вершинин его лично встретил и привел в нужный момент на тренировочный бой.
— Но? — задал я вполне логичный вопрос.
— Старлей не рассчитал, что Весемир — мужик неглупый и магию чует за версту, как и любые махинации с ней. Поэтому ты и жив. Если бы убил Зубарева по своей воле, то уже лужей и грудой костей стал бы.
— Ага, сейчас! — кашлянул уже я.
— Ты парень, конечно, складный, силен и все такое. Вот только Трутень: архимаг с магией гравитации. Поверь, против него даже войско… Видел, знаю.
Вот откуда такая силища? Неудивительно, что я даже пошевелиться не смог. Гравитация? Крайне редкий вид магии и очень мощный, особенно если развиты удаленные умения.
— Он заметил, что Вершинин устроил игру с глушилками, и поэтому ты еще не кормишь монстров. Считай, что старший лейтенант сам себя обыграл, — закончил мысль сержант.
— Дела… — растянул я.
— Это еще не все. Трутень — мой друг, который меня тогда спас от казни. Вот только после этого мы с ним почти не общались.
— Зачем все это говорите? — спросил я. Не понимаю к чему видет Самсон.
— Вот я не знаю, к добру ли то, что он приехал, или… — дернул щекой Твердохлебов.
— Мои действия?
— Сиди тише воды, ниже травы! Сейчас это и приказ, и совет, и дружеская рекомендация. — подошел ко мне сержант и положил руку на плечо.
