Автор
В кромешной темноте, стена замедляет ходение, приближаясь к опасному перепаду между миром и аномией. Внутри тело рядового Железного бунтует против непривычно долгого одиночества. Словно в проклятии сна, он ждет команды, но каждое слово изо рта лишь усиливает ощущение неразрешимой тоски....
Похоже, «Восход. Солнцев. Книга V (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Один из них был болен, и его лечили. Начинаются мемуары.
Пролистывал, чтобы найти что-то полезное, из-за чего профессор же рекомендовал с ней ознакомиться?
— Да ладно? — вскочил я со стула.
Еще раз пробежался глазами. Тут прямо не написано, но… Хрень какая-то. Положил книгу и начал ходить из стороны в сторону. Если сделать выжимку из того, что там дальше написано…
Виктор, тот больной ребенок, его пытались лечить и к чему только не прибегали, даже к соку железы монстров. И тут малец выздоровел.
У него родились несколько дочерей, и одна из них — Эльвира Викторовна Михайлова. Дальше записи заканчиваются. Почему после появления этого больного ребенка пишут очень подробно о детях и особенно — о нем?
Эльвира Викторовна… Так зовут подстилку отца. Она, что ли, из этого рода? Папаша женился и поглотил его, но… Сука! Это что за бред? Голова закипела от количества мыслей.
— Предположим… — сказал я себе под нос. — Что… Отец Эльвиры был отравлен, почти как я.
— О чем вы? — сбил меня с мысли Прохоров.
— Занимайся своими делами! И я жду выводы! — гаркнул на профессора.
Попытался восстановить картину снова. Рождается дочка с неким иммунитетом или со способностью поглощать сок железы монстров. Вопрос в том, знал ли папаша об этой особенности?
Подошел к книге и еще раз стал ее внимательно читать. Кто за кого вышел, женился и кто родился… Пробегался по фамилиям снова и снова, пока не остановился.
Сколько-то лет назад Михайловы были связаны родством с Карповыми. Что это нам дает?
— Борис! — позвал меня Давид, чем снова сбил с мысли.
— Ну что? — отвлекся я.
— Мне нужна ваша кровь, — опустив глаза, ответил он.
Закатал рукав и подошел к нему. Профессор порезал мне кисть, и алая жидкость потекла в какую-то миску. Прохоров наблюдал за тем, как раны на моей конечности почти сами затянулись, без применения лечилки.
Мужик продолжил свои опыты, а я стал думать.
И вот сейчас Карпов и Вяземский продолжили работу. Тот же Мясоедов, или что он такое? Значит, некая группа, а может быть, и не одна, и дальше занималась исследованиями. Появляется Виктор — больной ребенок, и лечат его соком железы. Хотя, если у них была связь с Карповыми, то там могло быть что-то другое.
