Женщина отвесила поклон и тут побежала исполнять поручение.
Первыми через минут пять появился Накам, а после и Путята с Могутой подошли, еще через пару минут Кастор с Филиппом.
Кастору я сразу отдал приказ помочь разгрузить ладьи дядюшки, а когда подошел Говша — помочь спрятать мои корабли и дядькины ладьи в заводях.
Говша удивился, но расспрашивать не стал молча кивнул и пошел собирать людей.
Когда подошли все мои ближники я сообщил о произошедшем и что в скором времени под стены моего города должны явиться враги.
Так же сообщил, что дядя со своими бойцами у нас задержится и поможет, народ радостно принял эту новость. Еще бы, с воинами Колояра у нас выходило больше шестисот бойцов, не считая холопов, которых тоже можно будет поставить на стены, если прижмет.
Только мы стали обсуждать план предстоящей битвы, как прозвучал далекий звук рога.
— Идут, похоже, это сигнал нам подают, — тут же напрягшись, произнес, поднимаясь из-за стола, Филипп.
— Как же не вовремя, — прошипел я, поднимаясь из-за стола и оглядывая своих ближников.
— Филипп, собирай людей, Могута, из подошедших берешь сотню, и к дядьке уводите корабли, да рядом где схоронитесь, ежели что, в спину ударите. Я же возьму кого в помощь и задержу, пока вы отойдете, остальные пусть будут готовы.
— Я к кораблям, — подскочил Колояр и отправился к судам.
— Все сделаю, брат, — тут же прореагировал Могута и понесся вслед за дядькой, Филипп же просто кивнул и направился в сторону города, задействуя попавших ему под руку холопов и прочих людишек.
— Оружие бы,— протянул Накам и похлопал себя по поясу, на котором висел только нож.
Я глянул на своих ближников, которые оказались только с ножами.
— Собирайтесь, — на одном дыхании произнес я.
— Яромир, твою броню я с корабля в терем перенес, — обеспокоенно произнес Гостивит.
— Обойдусь, — и я положил руку на свой верный топор. — Быстрей давайте, я вас у ворот жду, — и я хлопнул в ладоши.
— Ну, как знаешь, — пробормотал Путята, и ближники разлетелись в стороны, будто стая напуганных воробьев.
Поднявшись, я оглядел городок, который начал наполняться толкотней и переполохом.
— Как же не вовремя, хоть бы денек был в запасе, — грустно вздохнул я и направился к воротам, к которым уже Филипп пригнал одоспешенную стражу, тридцать восемь человек.
Возле самих ворот стоял Могута, который отправлял прибывающих людей на причал.
