— А с нами вы объясниться не желаете, молодой человек? — окликнул меня император, в котором больше говорила не злость, а интерес.
Я обернулся, смерил его холодным взглядом и покачал головой.
— Нет, не хочу, — ответил я, а затем перевёл взгляд на принцессу, притихшую за троном. — Варвара, пойдём со мной.
Я даже не предполагал того, что последовало дальше. Принцесса оказалась возле меня практически сразу, буквально в два огромных прыжка, которые ждать от хрупкой девушки не приходилось.
Тут же я открыл портал в небоскрёб деда, куда мы и переместились всем составом с Кураны, прихватив ещё двоих.
Арана оглядела постройку. Причём, несмотря на то, что мы находились внутри, видела она всё прекрасно, как будто смотрела со стороны. Я тоже уже так мог.
— А привычки человеческих мужчин не меняются, в каком бы мире они не жили, — с лёгким сарказмом заметила она. — Лишь бы построить что-то длинное, фаллическое, торчащее в небо. Комплексы, да? — она обернулась к нам и встретилась взглядом с Державиным-старшим. — Нет бы к земле поближе, а то потом так больно падать со своих пьедесталов, — закончила она свою мысль.
— Никита, — нахмурившись обратился ко мне дед, — это вообще кто? Что она себе так позволяет себя вести в моём доме?
— А, прости, забыл, — я развёл руками и нацепил извиняющуюся улыбку. — Сестра правителя нашей галактики, по совместительству — моя бабушка.
— Так, стоп! — сказал Игорь Всеволодович, протирая лицо ладонями, словно пытаясь стереть с него наваждение. — Что ещё за бабушка? Ещё одна?
— Так уж вышло, — сказал я и грустно улыбнулся. — Это ещё одна моя бабушка. Рассказ мой будет не из простых, поэтому предлагаю всем пройти куда-нибудь в уютное местечко и, желательно, сесть, чтобы потом не пришлось падать.
— Интригующее начало, — сказал на это дед и оглядел всех собравшихся. — Ну пойдёмте в мой кабинет.
Когда все расселись и обратили свои взоры на меня, я начал рассказывать.
— Моя душа некогда принадлежала подростку, что стал результатом любви двух ксеносов: людей и аэрахов…
По мере моего рассказа лица деда и Вари вытягивались, а брови грозили срастись с волосами надо лбом. Я не стал подробно описывать свою жизнь, лишь логично всё подвёл к тому моменту, когда лежал в центре пентаграммы, а моя кровь стекала по специальным желобам.
Когда я просил, Арана всё подтверждала, а в данном конкретном случае сказала:
— У меня был договор, и я собиралась его исполнять. А по этому самому договору жизнь мальчиков в моём роду не допускалась. Если вы подумаете, что это слишком, я вас пойму, но поверьте, этому есть логичное объяснение.
Ни дед, ни Варя ей ничего не ответили, продолжая прожигать меня глазами.