— Мне всё равно, сколько пауков живёт у тебя внутри. Лишь бы они не жрали моих тараканов, — она улыбнулась и стала самой прекрасной девушкой на свете. — У меня их тоже хватает с лихвой. Я, знаешь ли, пару дней в месяц пострашней тебя буду. В конце концов, я не знала тебе прежнего, поэтому мне не с чем сравнивать. А полюбила я тебя таким, как ты есть сейчас. Поэтому с чего бы мне отворачиваться от тебя? Я с тобой, куда бы ты ни пошёл! Только, главное, в постели не оборачивайся в огромного паука, а то я заикаться начну.
На краю поля зрения я увидел, как Арана закатила глаза.
Дед всё ещё сидел, обдумывая мои слова. Причём, я видел, что вторая часть моего рассказа его абсолютно не тронула. Возможно, он её даже не слышал. Я понимал, что это трудная для него информация, которую придётся пережить. Возможно, прервав всяческие отношения со мной.
Потом Игорь Всеволодович открыл бар, взял бутылку и налил себе чего-то жутко редкого и дорогого. Выпил. Налил ещё. Вздохнул. Выпил. Обернулся ко мне.
— Я догадывался о чём-то подобном, — сказал он, теребя седую бороду и пристально глядя в мои глаза. — Но не хотел этому верить. С другой стороны, такая резкая перемена в человеке должна умного человека натолкнуть на определённые мысли… Да… Но я даже близко не мог предположить ту ситуацию, которую ты описал. Единственное, что я хотел бы узнать… — он запнулся, видимо, подбирая слова, но они были и не к чему. Я знал, что он хочет спросить.
— Когда я появился в этом теле, его уже некоторое время там не было, — проговорил я и принял соответствующее выражение лица. — Мне очень жаль.
— Ну и ладненько, — ответил на это Игорь Всеволодович, ещё раз налил и опрокинул рюмку, после чего сказал уже гораздо громче: — Я должен заявить, что твоя душа лучше и чище, чем была у моего внука, в конце концов, его прикончили женские трусы. А ты — зять императора и сам вот-вот завоюешь себе собственную империю. Ты — великий человек. А по крови ты всё равно наш. Державин — ты, чтобы не случилось.
Я увидел, как у деда блестят глаза. Это, конечно, не слёзы, но эмоции были налицо.
— И я горд иметь такого внука, как ты! — закончил он в меру торжественно.
— А я горд иметь такого деда, как ты, — ответил я ему в тон, после чего подошёл к нему и обнял. — Мне очень повезло, — проговорил я, чувствуя, что говорю истину, — невероятно посчастливилось получить целых три семьи: две человеческие и одну — аэрахов.