Автор
В холодном Ясных Горках после неформального ужина с Николаем II решено было остановиться. В тот вечер стало ясно, что Николай Александрович дает мне неделю отпуска и приказывает никого не трогать. Теперь я понимаю, какая волна событий разразится уже завтра утром.
— Вот слушаю вас, Владимир Михайлович, и удивляюсь, каким же нужно обладать талантом красноречия, чтобы вот так колдуна этого уговорить? — прищурился он и склонил голову набок. — Думаю мне нужно как-то вас подключить к образовательной работе.
— В каком смысле?"
"— В самом прямом. Будете с нашими агентами работать по части улучшения коммуникативных навыков. А что? Мне кажется отличная идея. У нас некоторые парни всем хороши, а вот общаться нормально не могут и это иногда превращается в большую проблему, — Шувалов хлопнул рукой по столу.
— Так некогда мне, ваше сиятельство, — ответил я, пытаясь понять, шутит князь или всерьез сейчас говорит. — У меня вон некроманты, свадьба на носу, Приказ тайных дел, опять же…
— Да, распорядок плотный, есть такое дело, — кивнул он. — Но часик выделить можно. Вам что, жалко для блага Отечества?
— Шутите, Максим Иванович? — догадался я.
— Разумеется. Куда вам еще занятия проводить… Ну а история у вас и в самом деле занимательная получается, прямо в учебники можно записывать, — усмехнулся он.
— Спасибо, ваше сиятельство, рад слышать.
— Угу, — кивнул он. — И то, что ты колдуна потом прирезал, тоже правильно сделал. Правильное решение.
Ну вообще-то он сам себе глотку перерезал одним движением руки причем… Но этого Максиму Ивановичу знать не обязательно, понятное дело.
Да и вообще, правду я говорю или нет — для него это большой вопрос, но лучше пусть у него останутся сомнения, чем он узнает, что у меня есть запрещенный артефакт Пелена. Мало того, я еще и очень активно им пользуюсь. Шувалов, конечно, мужик нормальный, однако, как именно он поведет себя в этой ситуации — большой вопрос. Прежде всего он человек Романова, а уж потом все остальное.
— А вообще, славная выдалась у тебя поездка, что сказать, такое путешествие и в мемуары записать не грех, — сказал Шувалов, глядя на меня с улыбкой.
— Вы меня заставляете краснеть, Максим Иванович.
— Ты ерунду только не городи, Соколов… Краснеют девицы на свидании, а молодые люди заслуженную похвалу должны с честью принимать.
