Автор
В холодном Ясных Горках после неформального ужина с Николаем II решено было остановиться. В тот вечер стало ясно, что Николай Александрович дает мне неделю отпуска и приказывает никого не трогать. Теперь я понимаю, какая волна событий разразится уже завтра утром.
Я ничего не сказал, но все-таки решил для себя этот вопрос как-нибудь проверить на досуге. Вот только жаль, что для этого вставать слишком рано нужно, уж лучше бы он и в самом деле на закате являлся, а не на рассвете. Прав Шувалов, действительно ленивое животное, что и говорить.
— Обязательно приеду, ваше сиятельство, — пообещал я ему. — Я парень любопытный, а раз уж теперь являюсь частью Приказа, то будет не лишним приобщиться к традициям.
— Рад это слышать, Владимир Михайлович. Может быть вы с ним даже подружитесь… Он у нас парень такой, строптивый… Хотя у вас по части общения со всякими животными опыт большой, думаю найдете общий язык, — князь вдруг хлопнул себя по ляжке.
— Это он так громко трубил пока его в Ясные Горки везли? — уточнил я.
— Да нет, это Москва так быстро слухами полнится, — ответил Максим Иванович. — Тем более, неужели вы надеялись слона утаить? Еще и с учетом того, что их по всей столице сразу столько образовалось?
Ну да, нам же всем по слону выписали… Скоро расплодятся, будут по Великому Московскому княжеству вместо дворовых котов шастать… Ох, втянул нас раджа в историю…
— Ничего, привыкает, ваше сиятельство.
— Тоже дело, — согласился Шувалов. — Ну а как отдохнули? Вижу загорели, посвежели немного… Мне докладывали, что уж очень французы рады были, когда вы засобирались уезжать, граф…
— Все неплохо, но вот просторы у них там как-то мелковаты, — развел я руками.
— Ну да, наслышан, наслышан… — покачал головой князь. — Вот и хорошо, что славно отдохнули, это тоже уметь нужно. Когда намерены за работу взяться? Она уже вас заждалась, Владимир Михайлович… Татаринов мне весь телефон оборвал.
Я вспомнил семенящего по коридору Татаринова в роли медсестры и невольно улыбнулся:
— Да мне уже и самому надоело дома сидеть, но два-три дня я бы еще попросил и у вас, и у Гринева… Есть у меня кое-какое важное дело, не терпящее отлагательств, — я посмотрел на неподвижную стеклянную поверхность озера. — Ну а потом я в вашем распоряжении.
— Хорошо, — кивнул Максим Иванович.
