Автор
В холодном Ясных Горках после неформального ужина с Николаем II решено было остановиться. В тот вечер стало ясно, что Николай Александрович дает мне неделю отпуска и приказывает никого не трогать. Теперь я понимаю, какая волна событий разразится уже завтра утром.
За поворотом был новый коридор, однако на этот раз кое-что изменилось. Примерно на середине его стены вдруг оканчивались, а дальше шла пустота, что могло означать лишь одно — там какой-то большой зал.
Если посмотреть на карту с обратной стороны, то получалось, что вот он-то как раз и находился примерно напротив входа в башню, а это означало, что именно там нас и ожидала та самая точка. Может быть поэтому она и не стала выбираться наружу — слишком далеко?
Что хорошо в опытной и слаженной команде — не нужно через каждые пять минут отдавать приказы и постоянные распоряжения — кому и что нужно делать. Все прекрасно знали и где-то даже уже чувствовали друг друга.
Вот и сейчас мне не понадобилось говорить ребятам, что впереди нас ждет опасность и нужно приготовиться к бою. Чтобы сделать выводы, им достаточно было увидеть, что стены коридора заканчиваются на середине и вот уже наши защитники постарались окружить нас защитными аурами.
Медленно, но все же шаг за шагом мы приближались к опасной точке. Еще несколько метров и вот уже наши Блуждающие Огоньки желтыми и зелеными стрелами кружатся по темному залу, освещая стены и его дальние углы.
А зал и в самом деле огромный, примерно сто на сто шагов. Да и сделан так, чтобы мы обязательно прошли через него — выход на другой стороне.
Гладкие, немного шершавые стены, будто из ракушечника, потолок… Странный какой-то потолок, между прочим. Такое ощущение, что его покрытие — это корневая система огромного дерева, а корни переплелись между собой… На корнях тысячи узелков… Вот только никакой твари почему-то не видно…
— Смотрите, на потолке корни какие-то… — сказал я. — Когда мы сюда заходили, кто-нибудь видел, чтобы из этой башни росло дерево?
— Какое дерево, Володя? — усмехнулась Василиса. — Не говори ерунды.
— Мне кажется, или эти корни движутся? — спросил вдруг Минин."
"В этот момент, несмотря на духоту в зале, меня пробрал холод, а по спине пробежали мурашки. Увиденное и в самом деле впечатляло. Каждый из этих корней пришел в движение и вскоре весь потолок превратился в живой ковер.
Узелки один за другим полетели вниз, а как только касались пола, то сразу раскрывались и превращались в существ наподобие пауков. Без лишних раздумий они тут же прыгали на нас и вскоре вокруг началось побоище.
— Ах ты долбаный тополь! — заорал Минин, и его Ледяная Волна превратила целую пачку паучков в неподвижные ледышки.
Тем временем, узелки все сыпались и сыпались, это паучье войско казалось бесконечным дождем.
