Автор
София стояла перед зеркалом в отеле, окутавшись одиночеством и молчанием. Ее платье, словно сглатываясь, скрывало ее, а маска на лице — тонкая пленка эмоций. Такая неуловимость пронизывает каждую нотку этой истории, как и мечты о том, что может быть настоящим счастьем.
— Что тебе надо, Никос? Какого черта ты преследуешь меня? Какая тебе разница, что происходит в моей жизни?
Он внимательно посмотрел на нее:
— И ты спрашиваешь об этомменя?
На миг их взгляды встретились, погрузив Софи и Никоса в пучину воспоминаний…
— Никос, — выдохнула она.
Он не мог оторваться от ее сладких губ, не мог перестать прижимать ее к себе, ощущать, как колышется ее мягкая грудь и как отвечает на близость его собственное тело…
Никос попытался отстраниться, но потерпел сокрушительное поражение.
Но он должен это сделать! Софи уже намекнула, что отец уехал в Эдинбург по делам, поэтому было вдвойне опасно оставаться с ней наедине в пустом доме.
"Софи прижималась к нему, запустив пальцы в его густые темные волосы, а другой рукой нежно проводя по его спине, и Никос знал, что она возбуждена не меньше его самого.
Но все же страсть побеждала, одолевала его. Он позволил Софи взять себя за руку и отвести в спальню. Никос отчаянно пытался остановиться, пока еще не было поздно, но она снова обняла его.
— Софи… Мы не должны… Мне надо идти…
Она уже ничего не слушала, поглощенная все возрастающим желанием. Кто-то из них должен остаться хладнокровным… ведь так?
— Никос… О, Никос! — Наполненный страстью голос Софи сводил его с ума! — Пожалуйста, не уходи… останься, прошу тебя…
Как он мог отказать ей, когда она молила о том, чего сам он так отчаянно желал?
И Никос позволил безумию поглотить его.
Позже он сполна заплатил за свое легкомыслие.
Софи лежала в его объятиях, ее шелковистые волосы ласково касались его груди, а быстрый ритм ее сердца постепенно приходил в норму.
