Воссоединение — это серия загадочных звонков и таинственных смертей в одиночестве Билла Денбро. Его сны перерастают в проклятие, когда он начинает видеть несуществующих людей, прежде чем его убивают прямо под окнами. Атмосфера книги наполняется холодом и таинственностью, словно весь мир стирает границы между реальностью и сном....
Безответственно приносить детей в такой говенный, опасный, перенаселенный мир… и бла-бла-бла, бла-бла-бла, давай подложим бомбу в мужской туалет в здании Банка Америки, вернемся в нашу квартиру, покурим травку и поговорим о различиях между маоизмом и троцкизмом. Вы понимаете, о чем я.
А может, я очень уж сильно наезжаю на нас обоих. Черт, мы были молоды и достаточно идеалистичны. Короче, я перерезал семявыводящие протоки, как это говорят обитатели Беверли-Хиллс со свойственным им вульгарным шиком.
– Чувствуются присущие тебе такт и благородство, – заметил Билл, и Беверли опять начала смеяться.
Ричи ответил широкой, искренней улыбкой.
– Спасибо тебе, Билл, за слова поддержки.
– Бип-бип, Балабол, – серьезным голосом ответил Билл, и все рассмеялись. Биллу уже и не верилось, что всего десять минут назад они говорили об убитых детях.
– Продолжай, Ричи, – вмешался Бен. – Твоя история затягивается.
– Мы с Сэнди прожили два с половиной года. Дважды вплотную подходили к тому, чтобы пожениться. Судя по тому, как все обернулось, избавили себя от головной боли и суеты, связанной с разводом.
Где-то через год после этого я решил сделать обратную вазэктомию. Без особой на то причины, и я читал, что шансы минимальны, но подумал: а почему нет?
– Ты с кем-то постоянно встречался? – спросил Билл.
– Нет – и это самое смешное. – Ричи нахмурился. – Просто однажды проснулся… ну, не знаю, с мыслью, что это надо сделать.
– Ты, должно быть, рехнулся. – Эдди покачал головой.
