Спустя двадцать семь лет семеро друзей вынуждены вернуться в родной город Дерри, где в детстве они победили древнее зло. Теперь оно пробудилось вновь, и взрослые герои должны найти в себе силы, чтобы дать последний бой кошмару, угрожающему поглотить весь город.
– В темноте она крепко обняла его. Он прижал ее к себе, с закрытыми глазами, пытаясь вобрать в себя то утешение, которое ей так хотелось ему дать.
Наконец Билл мягко высвободился и чиркнул спичкой. Память – великая сила. Все они тут же посмотрели направо. Останки Патрика лежали на прежнем месте, среди нескольких заросших мхом или плесенью бугорков, в которые могли превратиться книги. Что осталось от Патрика узнаваемым, так это полукруг зубов, два или три с пломбами.
Рядом с телом лежало что-то еще. Какой-то кружок, поблескивающий в мерцающем свете спички.
Билл затушил эту спичку и зажег другую. Поднял кружок.
– Обручальное кольцо Одры. – Голос звучал бесстрастно, выхолощено.
Спичка догорела в его пальцах. В темноте он надел кольцо.
– Билл? – нерешительно спросил Ричи. – Ты представляешь себе…
6
В тоннелях – 14:20
…как долго они бродили по тоннелям под Дерри после того, как покинули то место, где лежало тело Патрика Хокстеттера, но Билл не сомневался, что обратного пути ему не найти никогда. Он продолжал думать о том, что говорил ему отец: «Там можно бродить неделями». Если бы внутренний компас подвел Эдди, Оно даже не пришлось бы их убивать; они кружили бы по подземелью, пока не умерли… или, если бы забрели не в ту часть, утонули бы, как крысы в дождевой цистерне.
Но Эдди нисколько не волновался. Изредка просил Билла зажечь спичку, которых оставалось все меньше, задумчиво оглядывался, а потом они шли дальше. Направо и налево поворачивал, казалось, наугад. Иногда трубы превращались в тоннели, такие большие, что Билл, подняв руку, не дотягивался до потолка. Случалось, им приходилось продвигаться на четвереньках, а однажды пять ужасных минут (которые, по его ощущениям, растянулись на пять часов) они ползли на животах. Эдди первым, остальные – уткнувшись носом в каблуки предыдущего.
Не сомневался Билл только в одном: каким-то образом они попали в ту часть канализационной системы Дерри, которая не использовалась. Все трубы, по которым что-то текло, остались позади или выше. Рев бегущей воды поутих и теперь слышался, как далекий гром. Эти трубы проложили в стародавние времена. Их внутреннюю поверхность покрывала не керамика, а какой-то крошащийся глиноподобный материал, который иногда сочился неприятно пахнущей жидкостью. Запахи человеческих испражнений – эти ядреные запахи, которые грозили задушить их всех, – заметно ослабли, но их заменил другой запах, наводящий ужас и древний, что было гораздо хуже. Бен думал, что это запах мумии.
