Воскресает из пепла драконья жрица. Мамин голос и огненный магический круг создают тихую тревожную атмосферу, заставляя читателя сжаться от страха и удивления. Вспыхнувший красный свет в глазах драконьей хранительницы говорит о готовящемся ближайшем крахе мира.
– Мы снимем печать, – зло цедил мужчина. – Девчонке это с рук не сойдет. Она ещё заплатит…
Я подлетел к мужчине, сжал его глотку, заставив подавиться своими словами. Человек смотрел в мои глаза с ужасом. Его сын попытался ударить меня, я легким движением оттолкнул его, отбросив от нас на пару метров.
– Не девчонка, а феникс. Ариадна – высшее существо. И я могу убить тебя лишь за твои слова, – мельком взглянул на ненавистного фон Нейкера-младшего, который с трудом пытался подняться с земли. На его ауре стояла мощнейшая печать.
– С нами связался дракон, из знати, сам, – с готовностью признался мужчина, через слово вдыхая воздух. Даже так? Отец сам организовал похищение Ариадны.
– А теперь слушай меня. Вы с сыном покинете Веретрон. И больше не вернетесь. Для рода фон Нейкер отныне закрыты иные страны, вы не сможете покинуть Империю, – уж я об этом позабочусь. – Вы забудете об Ариадне, не посмеете допустить даже мысли о том, чтобы навредить ей, не то, что предпринять что-то против неё. Если с ней хоть что-то случится, все подозрения падут на ваш род. И тогда я позабочусь о том, чтобы от вашего рода не осталось даже упоминания, даже камня родового замка, – толкнул мужчину на землю, брезгливо отерев руки.
Удивительно, но при упоминании моего имени, фон Нейкер еще сильнее побледнел. Я взглянул на пребывающего в ужасе от происходящего Максиана. Хотел бы я убить его, но Ариадна уже избрала для него наказание. Я прошел в двери здания академии, больше не взглянув на фон Нейкеров. Что бы не происходило между нами с Ариадной, как бы я к ней не относился сейчас, никому не позволю ей навредить.
В кабинете с Астартом была она. Они премило пили чай. Ариадна даже в глаза мне не смотрела, сразу опустила взгляд. Тепло попрощалась с ректором и ушла с высоко поднятой головой. Я же почти не дышал, боясь уловить её неповторимый аромат и сорваться.
– Присаживайся, – Астарт указал мне на мягкий стул напротив себя. Сам же он занялся завариванием новой порции чая. Стул все еще хранил тепло тела Ариадны. Вокруг витал легкий аромат ее духов.
