О чём книга «Восстание»
Командир Коптяков отдает приказ отряду двигаться к дацану у реки Онона. В пути возникают вопросы о поведении солдат и необходимости действий в степи. Между товарищами возникает напряжение, когда нужно скрытно передвигаться.

Командир Коптяков отдает приказ отряду двигаться к дацану у реки Онона. В пути возникают вопросы о поведении солдат и необходимости действий в степи. Между товарищами возникает напряжение, когда нужно скрытно передвигаться.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Восстание»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Командир Коптяков отдает приказ отряду двигаться к дацану у реки Онона. В пути возникают вопросы о поведении солдат и необходимости действий в степи. Между товарищами возникает напряжение, когда нужно скрытно передвигаться.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Юрий Николаевич Бессонов Легкое чтение Любовные романы Современная проза подборки серии
Командир Коптяков отдает приказ отряду двигаться к дацану у реки Онона. В пути возникают вопросы о поведении солдат и необходимости действий в степи. Между товарищами возникает напряжение, когда нужно скрытно передвигаться.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
И в те же дни для организации взаимодействия с подпольщиками Сибири и для руководства всей подпольной работой в тылу белых в Вятке было создано отделение Урало-Сибирского Бюро ЦК, по конспиративным соображениям названное «Особой комиссией Вятского губернского военно-революционного комитета».
Через леса и степи, углубляясь все дальше на север, в район старинного города Чердыни, через фронт 3-й армии пошли испытанные в царском подполье коммунисты, пошли, неся сибирским подпольным организациям и сибирскому порабощенному народу большевистскую энергию и ленинское призывающее к борьбе слово.
В середине января воссозданная 3-я армия, имея позади очищенный от предателей, крепкий и надежный тыл, перешла в наступление.
Наталью арестовали на улице, когда, отчаявшись разыскать Василису, она возвращалась домой в Верхисетский поселок. Ее задержали на перекрестке милиционеры.
— Оттуда? — многозначительно спросил один из них, ощупывая узелок, который Наталья держала в руках. — Чего несешь?
— Передачу, — не подумав, сказала Наталья. — Передачу заключенному…
— Ну неси, может, самой пригодится, — сказал милиционер и усмехнулся. — Идем.
— Я домой иду, — сказала Наталья. — Или по городу ходить нельзя?
— Кому можно, а кому и нельзя… Поворачивайся… — Милиционер взял Наталью за рукав и повел через улицу.
Наталья рванула руку, но милиционер не выпустил рукава.
— Гляди… — с угрозой сказал он.
— И глядеть мне нечего… Куда ты меня ведешь?
— А куда надо, туда и веду, там разберутся…
Он повел Наталью к городскому гостиному двору, и Наталья поняла, что не случайно ее задержали, что это арест и что, наверное, ее надолго замкнут в каком-нибудь из подвалов гостиного двора, превращенного контрразведкой в арестное помещение.
— На улице задержана, — сказал милиционер дежурному контрразведчику, вводя Наталью под низкие своды каменного лабаза — теперь камеры допросов. — От Обсерваторской шла, и узелок в руках…
— Понятно, — сказал контрразведчик. — Этап провожала? Фамилия как?
— Берестнева, — сказала Наталья, и вдруг ей почудилось, что она спит и это во сне ей мерещатся темные каменные своды и губастое лицо контрразведчика. И казалось ей, что нужно сделать только какое-то усилие и она непременно проснется, как часто просыпалась, когда ее мучили страшные сны, проснется в своей постели и увидит свою комнату: и занавески на заснеженном окне, и маленькое зеркальце в простенке между окон, и над зеркальцем фотографию Павла.
Так же в каком-то странном болезненном полусне она шла по темному коридору, потом услышала не разбудивший ее голос, сказавший «входи», услышала лязг закрывшейся железной двери и остановилась, коснувшись рукой мокрой стены, все силясь сделать какое-то усилие, чтобы проснуться.