- Ну ты, мать, даешь!
- Тебе нравится? – смешно вытягивая шею, спрашивает мой Алиненок.
- Очень круто, Алина Муратовна, - киваю совершенно серьезно и ловлю себя на совершенно дурацкой мысли. – А почему ты отчество не поменяла? Стала бы Михайловна, что ли? Он бы тебя в жизни не нашел…
- Он меня и так не нашел по паспортным данным. Это все твой Алишер, - словно ежик, обиженно фыркает жена и смотрит на меня с укором. – Это же мой отец, Герман. Как же я могу поменять отчество?
- Да, конечно, - соглашаюсь, чтобы не спорить.
И неожиданно вспоминаю давний разговор с консьержкой. Софья привозила Алине на дом врачей. Стало быть, где-то должны остаться выписки и снимки. Хочу посмотреть.
«Зачем? – спрашиваю себя, когда стучусь в комнату к Софье. – Да чтобы окончательно озвереть. И как только эти ублюдки заявятся снова, с разгону выбить им зубы и вправить носы. Я вам покажу, твари!»
- Что-то случилось? – спрашивает Петровна, отвлекшись от вязания. – Насте свитер хочу довязать сегодня. На улице уже холодает.
На прогулку будет в самый раз. Она любит долго гулять.
Просто наклоняюсь на бывшей соседкой, чуть ли не тещей. И поддавшись порыву, целую ее в макушку.
- Ты что, Лиманский? Белены объелся? - слышу ее притворные причитания.
- Спасибо вам! – сажусь на пушистый ковер рядом.
- Да за что же, Герочка! – всплескивает она руками. – Живу с вами и хоть себя нужной чувствую. А то бы ковыляла, как старуха, на пенсионе…
- Ногу вылечим. Я вам обещаю. Вы еще на Настиной свадьбе потанцевать должны. И вас замуж выдадим…
- За кого? Если тебе Стас звонил… - начинает она возмущенно и по моей хитрой улыбке понимает, что попалась.
- Я хотел сосватать вас за Алишера, - смеюсь негромко и тут же получаю сиреневым клубочком по голове.
- Гера, что ты хочешь? – напрямую интересуется Софья.
Захожу издалека. Благодарю за Алину и свое счастье. А когда упоминаю о документах, Петровна нетерпеливо машет рукой.
- А-а, это… вон, в комоде возьми. Лежат в верхнем ящике. Мурат приперся, я их сразу нашла.
- А почему мне сразу не отдали? – изумляюсь я.
- Так ты занят был, а мне свитер довязать надо, - отрезает ангел-хранитель моей жены и снова склоняется над рукоделием.
По дороге в кабинет мельком рассматриваю снимки и читаю диагнозы. И почувствовав, как темнеет в глазах от бешенства, кидаю папку на стол и сбегаю. Несусь в спортивный зал, расположенный в подвале. И представив лицо Мурата, со всей дури бью по груше. Кулаками, а потом и ногой. Остываю немного. Вдох-выдох.
