Автор
Внутри улыбающегося лица Германа скрывается легенда громких чугунных трубы и заброшенного завода — настоящий символ времени. Здесь жарко, атмосфера напоминает стимпанк, но необычайный мир внутри пронизан романтикой и сомнениями.
Похоже, «Восточная сказка» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Ляпнет кому-нибудь из прислуги. И Настя может узнать в любой момент. Что тогда? Лечить годами детскую травму?
- Что-то случилось? – беспокоится Петровна.
- Да все нормально, - вздыхаю я. – Вы же знаете этих клиентов… У них собака - как наш Фродо. Только пока в другом городе осталась. И вот им приспичило померить, поместится псина на двухместном диванчике или нет… Уже скандал… Алинка психует. Я сам еду улаживать конфликт. Поэтому очень прошу, возьмите этого засранца и привезите ко мне.
- Горазд ты врать, - хмыкает Алишер, подъезжая к малоприметному зданию федерации.
- У меня он в морду впечатан, - рычу нетерпеливо. – А что, тут охрана поменялась? Своих не узнают?
- Ты когда в последний раз приезжал, Гера?
- Года полтора назад, - усмехаюсь невесело. И как только мой Крузак проезжает мимо КПП, бурчу раздраженно. – Около входа тормози, бро…
Взлетаю на второй этаж по старой мраморной лестнице с красивыми коваными перилами. Но сейчас вообще ничего не вижу, блин! Несусь наверх, не разбирая дороги.
Сжимаю кулаки. Застываю на месте. Айрат замечает меня одним из первых. Что-то говорит мальчишке, показывает, как надо бить. А затем, пересекая ковер, быстро идет ко мне.
- Чем обязан, Герман?
- Я, кажется, просил тебя оставить мою семью в покое, Айрат. Не кидаться на чужих жен и тренировать коз… - бросаю пренебрежительно. – Но ты решил пренебречь моим добрым советом…
- Ты - идиот, Лиманский, - фыркает Айрат.
- Это сам Герман Лиманский, - слышу шушуканье пацанов.
Ловлю восхищенные взгляды. Понимаю, как это бесит Айрата.
- Выйдем, - рычит он, кивая на дверь.
87
Иду в раздевалку, как ни в чем не бывало. Дома, как говорится, и стены помогают. А Федерация – это мой дом, а не Айрата!
Мимо проходит старый доктор Волгин. Мы его раньше звали Пилюлькин.
- Приветствую, Герочка, дорогой, - пожимает мне руку.
- Что ты себе позволяешь, баран? – кричит мне, но затыкается, когда мои пальцы вцепляются в воротник спортивной куртки. Чуть приподнимаю и резко бросаю к стене. Айрат ударяется головой. Старается подняться, но я снова подсекаю его ударом под колени. Раз. Другой. Не даю обрести равновесие.
Я не чувствую ни ярости, ни злости.
