Автор
Внутри улыбающегося лица Германа скрывается легенда громких чугунных трубы и заброшенного завода — настоящий символ времени. Здесь жарко, атмосфера напоминает стимпанк, но необычайный мир внутри пронизан романтикой и сомнениями.
Похоже, «Восточная сказка» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Вот и выживает всеми способами. Уже жаловалась Павлу Андреевичу, что я постоянно опаздываю.
- А он?
- Пожал плечами и посоветовал ей не отвлекать его по пустякам.
- Пашка – молоток, наш человек, - чешет затылок Лиманский. – Нужно ему передать привет от Казбека…
Мы подъезжаем к «Империалу» за пятнадцать минут до начала моей смены.
- Посиди со мной, - просит Герман. – Еще полно времени.
- Мне лучше подняться наверх, - шепчу я, не желая уходить. Прислоняясь головой к плечу Лиманского, чувствую, как его губы касаются моего виска.
Легкий стук по стеклу приводит нас в чувство. Софья. Машет мне рукой «выходи!» и сама идет вперед. С неохотой отрываюсь от Германа.
- Подожди, там скользко, - велит он, выходя из машины. Ворчит на Софью. Ругает ее за бестактность и невоспитанность. Поспешно открываю дверцу, совершенно не желая, чтобы любимые мною люди поссорились из-за меня.
Софья по моим расчетам уже должна зайти в здание. Кошусь на крыльцо из-за мощной фигуры Германа. Моя душа стоит около ступенек и о чем-то разговаривает с клиентами.
- Алинка-а! – кричит мне. – Уже без пяти!
- Несносная баба, - недовольно ворчит Герман.
Насилу оторвавшись от Германа, спешу вслед за Софьей. А она уже входит в тамбур между двумя стеклянными дверями.
«Наверное, обиделась на меня, - думаю лихорадочно. Угораздило же меня влюбиться в ее врага. - И Герман тоже хорош. Даже не поздоровался!»
Рывком открываю дверь на себя, а Софья в этот момент делает шаг в сторону. Каблук попадает в решетку. Софья кулем оседает на пол, а я отчетливо слышу хруст кости.
- Герман, - звоню любимому. – Кажется, Софья сломала ногу.
- Поделом, - бурчит в трубку Лиманский. Но буквально через минуту врывается в здание.
Вместе с охранником поднимает с пола бледную как полотно женщину. Осторожно расстегивает сапог и тут же, поморщившись, отстраняется.
- Все так плохо? - синюшными губами шепчет Софья.
- Ну как вам сказать, - криво усмехается Лиманский. И сняв трубку, звонит хозяину «Империала».
