Автор
Вот и я, Люба! — драматическая сага о бабке, чьи проклятые воспоминания теснятся как невидимые рвотные истерические вспышки. Встречают ее жестокими обзованными матерями и критическими взглядами окружающих — мерзкое подленькое дерьмо, чья жизнь несет с собой тьфу и блядина. Но что скрывается за этой внешней грязью? Внутри ждет непростая история, где любовь, обиды и судьба переплетаются в одной кокосовой пальме....
Похоже, «Вот и я, Люба! (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Давай просто в костюмах Адама и Евы валяться, а? Степушка, я в обнимку с тобой готова все время совершать падеж в пучину страсти…
- Сладкая моя, я могу расценить последние твои слова, как признание в любви, - шепчу в ушко Любаше, поглаживая кончиком указательного пальца изюминки её грудей.
- Alln""achtlich im Traume seh’ ich dich, Und sehe dich freundlich gr""ussen, Und lautaufweinend st""urz’ ich mich Zu deinen s""ussen F""ussen, - шепчет мне Любушка. - Я каждую ночь тебя вижу во сне В толпе незнакомых видений; Приветливо ты улыбаешься мне, Я плачу, упав на колени.
- Die Liebe sprach: In der Geliebten Blicke Musst du den Himmel suchen, nicht die Erde, Dass sich die bessre Kraft daran erquicke, Und dir das Sternbild nicht zum Irrlicht werde. - нашептываю Любушке на ушко четверостишие немецкого поэта. - Любаша, в переводе читать? Хотя зачем я спрашиваю…
- Степа, смысл этих строк я отлично понимаю, но все же хочу услышать профессиональный перевод, - поднимаясь на локте, пристально с удивлением глядя в мои глаза, произносит Любонька.
- Пойми любовь! Ищи во взорах милой Небесных благ, а не земных страстей; Чтобы святой душа окрепла силой И не погас бы луч звезды твоей! Это Фридрих Рюккерт, Люба. Автора перевода не помню, к сожалению.
- Отличные слова. Просто шикарные. Степан Григорьевич, ты меня искренне удивляешь постоянно, - снова заглядывая в мои глаза, говорит Любаша. - У тебя не отличный, но очень достойный немецкий. Откуда такие знания языка и немецкой литературы.
- Ну, Любушка, ""Мы все учились понемногу Чему-нибудь и как-нибудь, Так воспитаньем, слава богу, У нас немудрено блеснуть. Онегин был, по мненью многих (Судей решительных и строгих), Ученый малый, но педант. Имел он счастливый талант Без принужденья в разговоре Коснуться до всего слегка, С ученым видом знатока Хранить молчанье в важном споре И возбуждать улыбку дам Огнем нежданных эпиграмм"", - цитирую кусочек из романа ""Евгений Онегин"" Александра Пушкина и хохоча продолжаю.
- Степа, прости, но я до сих пор не знаю, никаких подробностей о твоей семье. Кроме того, что мама твоя кардиолог. Может все же стоит мне что-нибудь рассказать о себе и своей семье? - говорит Люба, укладывая свою головушку на мою грудь.
- Любушка, ничего особенно в нашей семье нет.
