Автор
Вот и я, Люба! — драматическая сага о бабке, чьи проклятые воспоминания теснятся как невидимые рвотные истерические вспышки. Встречают ее жестокими обзованными матерями и критическими взглядами окружающих — мерзкое подленькое дерьмо, чья жизнь несет с собой тьфу и блядина. Но что скрывается за этой внешней грязью? Внутри ждет непростая история, где любовь, обиды и судьба переплетаются в одной кокосовой пальме....
Похоже, «Вот и я, Люба! (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Ой, лучше бы Анна Васильевна не произносила эти слова, потому как, вспоминая её радушный приём в их семью, в молодости я слезами умывалась, а сейчас просто вздрагиваю.
На фоне радушия моей свекрови ""не так смотришь, не то говоришь, не так ешь, не то готовишь, руки твои дырявые, башка тупая, сама - корова, ребятишки - бараны"", приём оказанный мне и моим детям семьей Степана Григорьевича - это настоящее счастье.
- Дорогая моя, называть нас с дедом можешь как тебе угодно, но сразу подскажу, что ко мне вся семья обращается Сима, а к Грише - Аркадьич.
Пока Степа помогает мне раздеться и разуться я наблюдаю за картиной общесемейного единения.
Вижу, как мои три грации вместе с Маришкой и еще какой-то дюймовочкой неопределенного возраста с шутками и прибаутками накрывают на стол.
От увиденного у меня складывается впечатление, что люди, находящиеся в данный момент в доме, не сегодня познакомились, а знаю друг друга всю жизнь.
- Сима! Ой, мамуль, привет, - окликает бабушку моя Анечка и подбегает к нам, меня целует. - Сима, а куда мне положить музыкальные инструменты и костюмы, которые я привезла для театральной постановки?
Сима обнимает Аннушку, и они уходят. Степан бережно берет меня за руку, приобнимает за плечи и заводит в гостиную.
- Так, Любаша, в принципе ты уже всех знаешь, кроме двух человек. С ними я тебя сейчас и познакомлю, - говорит мужчина и подводит к своему практически двойнику.
Передо мной на самом стоит практически полная копия Степы, только немного меньшего размера и в очках.
Вспоминая слова Степана, что у брата его была родовая травма, с которой долго пришлось бороться всей семьей, понимаю их некоторую разницу в фактуре.
Тимофей очень доброжелательно со мной здоровается и обнимает брата своего.
- Тимка, а где мой Верунчик? Ты куда, злодей, Веру мою подевал? А вот вижу, конечно же, она среди молодёжи затесалась.
"Подойдя к нам, после нашего представления, она самым нежнейшим образом обнимает меня и Степана и целует Тимофея.
- Любушка, я искренне рада, что в нашем женском полку такое милое пополнение. Познакомилась с твоими замечательными девочками.
