Автор
Антон — он был чмом, настоящим и мудрены чмищем, даже когда учился в школе. Теперь, спустя годы, он восстанавливает свою изначальную атмосферу: длинные немытые волосы не перестают его беспокоить, черные штаны все еще невыносимо прелы, и сидеть на задней парте остается самым естественным выбором. В этом мире Антона есть место, но он уже знает: возвращение к этому состоянию обречено на неудачу....
— Прошу! — широким жестом, указал на куртку, — можешь не благодарить!
— Я и не собиралась, — громко фыркнув, гордо задрала нос и застегнулась до самого верха.
— Ишь ты какая, — снова улыбнулся Антон, — суровая.
— А то! — хмыкнула, выходя следом за ним из лифта и чувствуя странное волнение.
Северный, конечно, видный мужик, но не настолько, чтобы растаять в его присутствии. Или настолько?
Это вопрос занимал меня все больше и больше. Особенно, когда оказались с ним в одной машине — он за рулем, я рядом.
— Ну, рассказывай Кулакова, чем занималась все это время? — поинтересовался он, не отводя взгляда от дороги.
— Училась, — ответила гордо.
Но вместо восхищенного взгляда мне достался удивленный:
— Все это время?
— Да. Я аспирантуру закончила, защитилась. Кандидат педагогических наук, между прочим! — гордо похвасталась своими заслугами перед отечеством.
— Молоде-е-ец! — протянул Антон, так и не взглянув на меня. — Довольна?
— Более чем! — я ожидала более одобрительной реакции с его стороны, поэтому немного растерялась.
— Что же ты не пошла работать по специальности? Учить уму-разуму детишек, вкладывать умное, вечное в их головы?
—Тридцать обалдуев и каждый на своей волне! Да ни за что! — призналась без зазрения совести.
Вот тут он все-таки удивленно на меня взглянул:
— Зачем же столько времени потратила на учебу, раз не собиралась оставаться в педагогике?
Я и сама давно этим вопросом задавалась. Ответ был очевиден и совершенно не радовал своей простотой.
— Потому что родители настаивали, — я без сожаления озвучила очевидную правду и грустно вздохнула. — только из-за них.
— М-да, — хмыкнул он, — может они тебе и одежду подбирают? Женихов?"
"Мое смущение не осталось незамеченным.
— Ну ты даешь! В жизни бы не подумал, что ты такая. Вроде бойкая, а от мамкиной юбки отойти боишься.
— Не боюсь я ничего! Разве плохо, что я считаюсь с мнением родителей?
— Нет. Не плохо. Родители — это святое, — уверенно согласился Антон, — но у них своя жизнь, а у тебя своя.
Такие мысли мне тоже в голову приходили, поэтому я не нашла, что возразить.
— В общем, скучно ты живешь, Дина. Скучно.
— Я знаю, — тяжело вздохнув, повесила нос, но потом воспрянула духом, — но я надеюсь, что скоро все изменится.
— Серьезно? И что же этому поспособствует?
— Я квартиру подыскиваю. Хочу съехать от них.
