Автор
Антон — он был чмом, настоящим и мудрены чмищем, даже когда учился в школе. Теперь, спустя годы, он восстанавливает свою изначальную атмосферу: длинные немытые волосы не перестают его беспокоить, черные штаны все еще невыносимо прелы, и сидеть на задней парте остается самым естественным выбором. В этом мире Антона есть место, но он уже знает: возвращение к этому состоянию обречено на неудачу....
В чем прикол?
— Ээээ, — протянул, почесывая макушку, — ты уверена, что это хорошая идея?
— Конечно! — у Дины относительно предстоящего вечера не было ни единого сомнения, — поверь мне, скучно не будет!
Сомневаюсь. Готовка никогда не доставляла мне удовольствия, но я стоически удерживал на физиономии подобие радостного любопытства, потому что хотел сделать приятное Кулаковой. Она же старалась. Надо дать ей шанс.
Мы устроились за столиком и тотчас рядом с нами появилась официантка:
— Что вы будете заказывать? — поинтересовалась она, с улыбкой от уха до уха и желанием угодить в раскосых глазах.
Я заглянул в меню, не увидел ни одного знакомого слова и в сомнениях посмотрел на Кулакову. Та подготовилась к вечеринке более основательно. С деловым видом потыкала в разные пункты, произнесла странные слова, о значении большей части которых я даже не догадывался.
Официантка склонилась в почтительном поклоне и удалилась.
— Чего ты набрала? — не то, что бы я очень интересовался, но надо же знать, с чем предстояло иметь дело.
— Сейчас все увидишь, — мелодично пропела он, показывая большой палец, поднятый кверху. Ой, не к добру…
Спустя десять минут перед нами стоял набор плошек разной формы и размеров, с ингредиентами, из которых предстояло сварить чудо-суп. Тут была и рыба, и креветки, и чьи-то посиневшие щупальца. Привычная курица, какие-то пасты, порошки, корешки, прозрачная лапша.
Я понятия не имел, что с этим богатством делать, но у Дины уже был план.
Она так живописно описывала предстоящий процесс, что я даже проникся ее безумной идей.
— Ну что, поехали? — переглянулись и начали творить.
Сначала шло нормально. Бульон бодро булькал и пузырился, привычная курочка и морковка, скромно кружились в прозрачной жиже.
Потом я бросил в чан какой-то коричневый комочек, отчего пошла странная вонь, от которой слезились глаза.
Дина тут же сыпанула желтого порошка из маленькой мисочки. Вонь исчезла, но жижа, то есть суп, перестал быть прозрачным.
Мы в недоумении переглянулись.
— Попробуй, — Дина протянула ложку.
— Сама пробуй! — я подозрительно смотрел на чан с колдовским зельем.
— Кто у нас мужчина? — она настойчиво вложила ложку мне в руку.
— Допустим я, — проворчал неуверенно.
— Давай! — скомандовала девушка, — смелее! Не бойся. Я с тобой.
— Да не боюсь я! — зачерпнул странного варева, подул и зажмурившись отправил в рот.
Хм, в принципе ничего, терпимо. Обычный бульон, с немного необычным азиатским привкусом.
