Автор
Возле Тьмы. Чужой — это не просто книга: она оживающая история, где каждая страница дышит приключенческим напряжением. Погрузитесь в мир, где реальность и сказка тонко переплетаются, когда выясняется, что вы не находитесь там, где полагалось бы быть.
Тоже здесь рядом, в Йеллоустоне, вместе с двумя трапперами напоровшись на арикара.
— Ну… орел Хью, что ты скажешь. Но закончилось все действительно обидно, надо было грохнуть обоих.
— Хью был хорошим человеком, богобоязненным.
— Так, а нам ты что предлагаешь делать? — все же уточнил я.
— Не знаю я ни хрена, — выругался Джо. — Лучше бы он здесь нам попался.
— Это конструктивно, — согласился я. — Но маловероятно.
Так мы шли почти до самой темноты. В одном месте пришлось сделать немалый круг, чтобы оставаться под прикрытием леса, потому что дорога шла через середину широкой и насквозь просматриваемой долины, потом вновь приблизились к ней.
Горы, к слову, тоже «ушли в сторону» — топали мы уже по типичной вайомингской слегка холмистой равнине.
— Сейчас впереди будет охотничий кэмпграунд и гостиница, «Беар Лодж Ресорт», — вспомнил Джо, когда мы начали подниматься на очередной, уже почти плоский холм.
— А понаблюдать за ними откуда-то можно будет?
— Думаешь, они там могут быть? — насторожился он.
— Кто знает! — пожал я плечами. — Если перекресток дорог и есть где укрыться, то я бы выставил там засаду. Посмотреть бы надо.
— Из-за деревьев и посмотрим. Кстати, там сразу будет стоянка трейлеров, так что поосторожней тогда.
Действительно, лесок вывел нас на кэмпграунд — большую, сейчас пустую территорию кемперной стоянки с одиноким бревенчатым домом у въезда.
До мотеля отсюда было метров восемьсот по прямой, но можно было подойти и лесом, который огибал перекресток плавной дугой и подходил практически вплотную. Приложился к прицелу, насколько позволяли сумерки, осмотрел двухэтажное бревенчатое здание мотеля и те бунгало, что были видны за ним.
— Пошли? — спросил Джо. — Не хочется в темноте снаружи сидеть.
— Не хочется, — согласился я.
Темнота — враг, темнота приводит Тьму, это уже рефлекс. У местных, как я погляжу, он тоже прорезался.
— Сейчас, момент. — Я отсоединил оптический прицел от своего «ремингтона» и поставил на его место голографический «Эотех». Для оптики и свет уже не тот, и тактика у нас меняется.
