Знала ли она, насколько была прекрасна в этот момент? Знала ли, что ему хватило одного взгляда на нее, чтобы полностью и безоговорочно раствориться в ней?
– Двигайся со мной, – прошептал Майкл. – Кончи со мной, Лили.
Женщина крепко обхватила его ногами и сжала бедра, чтобы вместить его еще глубже.
Майкл входил в нее так медленно. И так нежно, что ее глаза наполнились слезами. Каждый толчок заставлял ее растягиваться и впускать его глубже. Каждый выход сопровождался внутренним протестом, когда ее киска обхватывала его крупный член, не желая отпускать.
Диллон впился зубами в ее сосок, в это же время Сет страстно сосал другой. Майкл вошел глубже, пока не оказался полностью объят ее стенками, едва имея возможность двигаться.
Затем он проскользнул пальцами между их телами и нащупал клитор. Большим пальцем руки он нажал на возбужденный бугорок, делая круговые движения, при этом не переставая двигаться внутри нее.
Скольжение его члена по стенкам влагалища доставляло неимоверное удовольствие, которое усиливалось от прикосновения к клитору и ласок груди. Все это превратилось в невыносимую муку.
И вдруг она взорвалась – резко, остро и неумолимо. Она разлетелась на тысячи кусочков и рухнула вниз с огромной высоты и на чудовищной скорости.
Член Майкла увлажнился ее соками, от чего ему стало легче двигаться внутри нее. Он входил в нее жестко и быстро, пока она не захныкала от колоссальности своего оргазма.
Время остановилось. Комната поплыла перед глазами. Из головы вылетело все, кроме не дающего покоя наслаждения, который граничил с по-настоящему ощутимой болью. Никогда прежде не участвовала она в такой напряженной сексуальной скачке. Ее предыдущий опыт был просто приятным. Нежным. Не представляющий никакой угрозы. Удобный к тому же. Предсказуемый.
Но она не подозревала, что может быть – так. Не понимала, что может настолько утратить контроль.
Лили ощущала себя парящей. Вот что значит быть свободной и лететь навстречу ветру. И назад дороги уже нет. Ей хотелось вцепиться в этот момент – в них троих – и удерживать вечно.
Лицо обдало прохладой, и тут Лили осознала, что ее щеки намокли от слез. И она все еще не могла прийти в себя.
Спустя какое-то время она распознала легкое поглаживание рук и нежные голоса, ласкающие ее слух приятными словами.
Она была восхитительна. Невероятна.
Лили улыбнулась и прикрыла глаза, принимая внутрь себя это ощущение покоя. Впервые в жизни она ощутила, как слегка затянулась дыра в ее сердце.
Необходимо было лишь залечить раны и простить. И в объятиях братьев Колтер она начала верить, что возможно и то, и другое.
Лили все еще спала посередине кровати, свернувшись калачиком и утонув в многочисленных подушках, когда на утро братья оделись и бесшумно выскользнули из комнаты.