Автор
В тихой комнате, где свет играет играми теней, медленно плавится тело дамы — ее кожа становится мягкой воском. Мастер поэзии и ритма лепит из нее новые образы, каждый касание точечно настраивает чувствительные точки. Здесь любовь тихо созревает, как яркая магическая эссенция, медленно раскрываясь в нежнейших объятиях и мгновенных вздохах....
Не хотел загадывать на будущее, но уже знал точно, чтобы не случилось, у меня будет семья. Семья с моей Кнопкой."
"Всю оставшуюся ночь мы ни на секунду не отрывались друг друга, до одури сжимая в объятиях и говоря то, что чувствуем. Не сговариваясь, мы молчали только о том, как будет сложно вдали. Я до скрежета сжимал зубы, видя, как Машуня через силу прогоняет слезы и улыбается мне.
– Главное жди.
Не знаю, сколько раз за эту ночь я повторял эти два слова и сколько раз слышал ответ, но мне всё равно этого было мало.
Медведь решил меня отвезти в город, хоть я категорически был против, но сломить его не смог.
Мы с Машей стояли у машины и никак не могли проститься.
– Кнопка, молю, ради меня, береги себя, слушайся друзей. Я не могу тебя потерять.
Мне пришлось наклониться, чтобы дотронуться своим лбом до её.
– Обещаю, а ты то же самое пообещай мне.
– Клянусь.
Медведь кашлянул, привлекая внимание.
– Серый, я конечно только за, чтобы ты остался, но ты же понимаешь…
– Да, ещё пару минут и едем.
Я достал ключи из кармана и вложил их в ладонь Маши.
– Это ключи от моей квартиры. Как только всё уладится, переезжай в неё. Теперь это твой дом.
Тут Кнопка не выдержала и, уткнувшись мне в грудь, стала содрогаться в рыданиях.
– Кнопка, перестань, опять нос будет красный.
Она рассмеялась и, притянув меня за голову, поцеловала, а я ответил, почувствовав на своих губах солёный привкус слёз.
– Мы справимся.
Оторвавшись от Маши, быстро сел в машину и не смог найти в себе силы обернуться.
* * * * *
Через три часа спецборт РФ вылетел с Большой земли в Сирию. На борту находилось около пятидесяти человек. Из них около двадцати были медиками разных специальностей и направлений. Их направляли в новую провинцию, которую совсем недавно освободили от боевиков, и где шли тяжёлые бои. А, значит, работы было достаточно.
Сергей прекрасно понимал, что в этот раз командировка не будет лёгкой, последний опыт показывал, что там, где недавно велись бои, много раненых не только среди военных, но и среди мирных жителей.
Через несколько часов Ан-30 приземлился на Российской базе под Алеппо. Им дали ночь на отдых, а потом, распределив по военным машинам, колонной отправили в провинцию Хама.
Сергей был морально готов к тяжелому труду и прелестям местной погоды, но когда увидел наглядно, что тут творилось, даже его самоконтроль дал сбой.
Жестокости войны не щадили никого: ни стариков, ни детей, ни женщин.
