Перевалив на нашу сторону склона, немцы из бэтээра заметили наши позиции и начали обстрел из пулемета. Разом захлопали винтовки и автоматы пехоты. Все это происходило в десятке метров от меня, и стало жутко. А ведь сейчас тот командир, который хотел поднять отряд в атаку, может решиться на это вновь.
Пользуясь стрельбой противника в своих целях, я пытался укрыться от случайного обнаружения. Медленно подполз под ближайший труп какого-то мужика в черной форме полицая. Он удачно лежал на еще одном таком же, поэтому образовалась небольшая куча из тел. Бэтээр находился пока выше и правее меня, вряд ли наедет, только если начнет активно маневрировать. Но орудий у партизан нет, поэтому немцы за броней пока не паникуют. Постреливают себе в нашу сторону, бульбаши залегли рядом и также поливают нашу траншею огнем. Пат. Немцы не лезут, имея преимущество по расположению на высоте, а наши почти не отвечают, так как голову не высунуть. А я предлагал занять позиции дальше, возле обочины и леса, но меня не послушали. Да и вряд ли стали бы.
Наконец, от немцев раздалась какая-то команда, и бульбаши, поднявшись, но пригибаясь к земле, начали спускаться. Бэтээр поддерживал, пехота шла в атаку. Справа от меня, только теперь сзади, а не спереди, внезапно раздался негромкий хлопок, кажется, я даже расслышал, как что-то засвистело неподалеку.
«Да ладно, наши минометы подтащили к дороге?» – а больше и неоткуда им тут стрелять.
В бэтээре напряглись, миномет для них опасен, и принялись обшаривать местность на предмет укрытия минометчиков. Бульбаши залегли и медленно продолжали свой путь к нашим траншеям. Минометный выстрел раздался еще раз, а затем еще и еще. Нацисты уже перестали думать, как до нас добраться, а пытались вжаться в землю, бэтээр при этом начал откатываться назад, скрываясь от миномета. В какой-то момент между мной и бронированной машиной оказалось пространство в несколько метров и никого из бандитов-нацистов. Раздумывать не стал, у меня в карманах сразу две ребристые тушки Ф-1. Вытащив обе, по очереди выдернул кольца и, поднявшись, рванул со всей ненавистью к бэтээру. Нет, я не сошел с ума, просто бульбаши уже побежали, минометами их накрыли серьезно, мне наши мины уже не угрожали, так как бойцы перенесли огонь, накрывая отходящего противника. Опасен был только сам бэтээр, точнее, пулеметчик в кузове, но я так быстро пробежал несколько метров, сокращая дистанцию, что он, кажется, даже не заметил моего броска.
