Могущественный завоеватель миров низвергнут в смертное тело увечного аристократа. Лишённый силы и влияния, он стоит перед выбором: смириться с судьбой или восстать против неё. Начинается путь возрождения легендарного воина, который не признаёт поражение.
Хотя для нее так и есть.
— Мама, я, как обещал, пришел заниматься заводом, — усаживаюсь за приставной стол. — Зови гендиректора.
— Павел Афанасьевич заболел, — удрученно качает головой ухоженная блондинка. — Но я сейчас вызову Лизоблюдову Екатерину Игоревну. Она исполнительный директор и в курсе всего процесса производства и продажи.
Спустя десять минут за дверью слышится чистый и звонкий женский голос:
— Тоша, что с тобой? На тебе лица нет.
— Екатерина Игоревна, ничего, просто…ик…мальчик красивый прошел.
— Странная ты сегодня, Тоша.
— Ой, я не то хотела сказать…
— Сказала и сказала. Сиди. Водички вот попей.
— С-спасибо.
Разговор мама не слышит, она поворачивается к двери, только когда, предварительно постучавшись, входит моложавая женщина с гривой шикарных черных волос, её карие глаза слегка поблескивают.Бедра, грудь, талия — всё при ней. Лицо строгое, взгляд умный. И этот взгляд сразу прикипает ко мне. Видимо, дамочка оценивает, насколько Тоша близка к истине.
— Здравствуйте, господин, — почти сразу женщина кланяется мне, качнув внушительным бюстом четвертого размера. В отличие от секретарши-пышечки Екатерина сразу признала меня. На то она и топ-менеджер, впрочем.
Маму женщина не приветствует, значит, уже виделись сегодня.
— Катя, предоставь, пожалуйста, моему сыну основные организационные и финансовые документы. Я тебя предупреждала, что он будет входить в курс дел завода.
— Хорошо, Ваше Благородие, — воркует красавица и обращает взгляд больших карих глаз на меня. — Для этого лучше пройти в мой кабинет, господин. Всё необходимое лежит у меня в столе.
Елизавета немного хмурится. Дворянку, как мать, насторожило мурлыканье опытной красивой женщины в сторону ее неискушенного сыночка.
— Может, Катя, лучше сюда принести…
— Не стоит, мама, — решительно встаю, опираясь на трость. — Я не переломлюсь от лишних пары сотен шагов. Екатерина Игоревна, прошу, ведите.
Елизавете приходится смириться, и мы с исполнительным директором проходим в ее кабинет. На пышечку в приемной не смотрю, чтобы не волновать лишний раз. У Екатерины я сразу усаживаюсь на ее место за главным столом. Ибо на своём заводе каждый царь.
На секунду лицо женщины кривится. Тут же она берет себя в руки и опять воркует:
— Кофе? Чай? Может, сладкая газировка? — не удержалась от сарказма.
— Кофе сойдет, без сахара, — киваю, не обратив внимания на шпильку насчет моего возраста. — И давайте сразу к делу.
