Мало кто мог бы вернуться домой и оставаться невредимым, но мне это удалось. После последнего приезда, когда почти убили несколько раз, всё закончилось наркотическим опьянением и похищением вампирами - место стало непригодным для жизни. Но сегодня мой самолёт вернулся к посадочной полосе в Москве и с тех пор я наслаждаюсь домашним уютом, надеждой на безопасное прибытие....
Этого было вполне достаточно, чтобы люди редко натыкались на него случайно. Если вы оказались в Бийске значит была причина. И чаще всего причиной было большое количество дампиров, живущих там. Как и мы с Дмитрием эти дампиры были наполовину людьми, наполовину вампирами. Но в отличие от нас с Дмитрием большинство этих дампиров предпочли жить отдельно от мороев — живых, владеющих магией вампиров — вместо этого смешались с человеческим обществом. Дмитрий и я, оба стражи, мы зареклись охранять мороев от стригоев: зло, не-мёртвые вампиры, кто убивает для поддержания своего бессмертного существования.
В это время лета дни стали длиннее, и только начало темнеть, когда мы добрались до дома семьи Дмитрия. Стригои редко рисковали появляться в Бийске, но они любили следить за дорогами, ведущими в город.
Мимолетные лучи солнечного света обеспечили нашу безопасность и дали Дмитрию хороший вид на дом. Даже когда он выключил машину, он долго сидел, глядя на старое двухэтажное строение. Оно купалось в красном и золотом свете, что придавало ему вид чего-то потустороннего.
Я наклонилась и поцеловала его в щеку.
— Пора показаться, товарищ. Они ждут тебя.
Несколько мгновений он сидел в тишине, потом решительно кивнул и надел на своё лицо выражение, которое я видела во время битв. Мы покинули машину и едва прошли пол двора, когда передняя дверь распахнулась. Яркий свет заполнил сумеречные тени, и появился молодой женский силуэт.
— Димка!
Если бы стригой налетел и напал, Дмитрий отреагировал бы незамедлительно.
Но вид его младшей сестры ошеломил его молниеносные рефлексы, и он мог только стоять там, пока Виктория бросилась ему на шею и начала произносить поток русских слов, слишком быстро для меня, чтобы я следила за ними. Дмитрию потребовались еще несколько потрясенных моментов, чтобы прийти в себя, но затем он возобновил ее яростные объятия, отвечая ей на Русском языке.
Мне было неловко стоять там, пока Виктория не заметила меня. Вскрикнув от радости, она подбежала и обняла меня так сильно, как только что своего брата.
