Он так сжал авторучку, что та треснула и чернила залили стол.
Я помотал головой, и Маша убрала свой Зов. Профессор сразу обмяк и, откинувшись на спинку кресла, с горечью посмотрел на вымазанные в чернилах руки:
— Ручка с золотым пером. «Паркер». Подарок коллег. В хлам. Ну что же сказать — впечатляюще. Вы бы могли выступать на арене цирка. Гипноз ваш очень силен. Только вот на колдовство никак не тянет. Еще доказательства есть? Только не такие, без гипноза…
— Без гипноза, говорите? — я привстал с места, а Маша жалобно пискнула:
— Вань, не надо, а? Вань… ай!
Я выкрикнул заклинание, которое применил чуть раньше для выжигания подслушивающих устройств. Только там я нагнетал электрическое поле, в облаке которого сгорели все жучки, и молнии при этом были чистой случайностью. В этот раз, нагнетая электрическое поле, я направил молнии туда, куда нужно.
Стол профессора буквально взорвался, расщепленный ударами трех ветвистых, толстенных молний. Со стороны это было похоже на Зевса, мечущего молнии с Олимпа (это уже Маша мне потом сказала). Воздух трещал, удар грома шибанул так, что уши заложило. В воздухе запахло как после грозы, только к запаху озона добавился запах горелого дерева и расплавленного мебельного лака.
Профессор остался цел. И надо отдать ему должное, стряхнув с себя осколки стола, пыль, сажу, он встал и, почесав указательным пальцем щеку, важно изрек:
— Наконец-то! Если бы вы знали, как мне надоели эти аферисты, пытающиеся присосаться к государственной кормушке! Наконец-то мне в руки попали настоящие, неподдельные люди, обладающие особыми способностями. Поработаем! — Он радостно потер руки и, не обращая внимания на вбежавших в комнату людей в темных костюмах, предложил:
— Сейчас мы пройдем в лабораторию, сделаем анализ крови, просветим рентгеном, ну и так далее. Все, что нужно. А потом… потом будем с вами экспериментировать дальше. Товарищи, все нормально! Это был эксперимент, он немножко вышел из-под контроля, но все в конце концов нормально разрешилось.
— Андрей Степаныч, уважаемый, ставьте свои опыты в более безопасном месте, хорошо? — настойчиво попросил один из мужчин, видимо, главный среди нашей охраны. — Лучше в подвале. Там стены крепче.
Меня крутили, вертели, прослушивали, брали кровь, залезали во все дырки инструментами и какими-то приборами, заставляли чего-то глотать, чего-то пить. В конце концов, мне это надоело, и я заявил:
— Все. Достаточно. Я вам что, морская свинка? Достали уже!
— А мы уже и закончили, — ласково улыбнулся профессор, лучившийся радостью от попадания в его загребущие руки двух таких объектов.
— Ну и что нашли?
— А ничего не нашли. Вы оба удивительно здоровые даже для ваших лет молодые люди.