— Ну что у тебя? — недовольно спросил оперативник.
— Вот что! — Круглый достал несколько листков печатного текста и фотографии. — Зацени!
Громобой вгляделся в фото.
— Что это за рожи?
— Вот этот и завалил Рыбака с охранниками. — Круглый ткнул пальцем. — А это его кореш…
— Да ну? — скептически проговорил Громобой. — И как ты это узнал?
— Мне одна телка разболтала. Почитай пока меморандум!
Круглый достал блокнот и быстро набросал схему: один кружок, от него стрелка к другому, от другого к третьему. В каждом буквы: «Сл. роз.», «Бар», «Скат».
Оперативник быстро прочел меморандум. Круглый показал ему свою схему.
— Это мой источник Сладкая розочка, она подружка Барышниковой, а та с этим гадом трется. — Он по очереди ткнул новой ручкой в каждый кружок.
— Да ты просто Шерлок Холмс! И написал толково, и сложной схемой все разъяснил! — то ли всерьез похвалил, то ли насмехался Громобой. — А ручка у тебя классная! Дай посмотреть!
Круглый нехотя протянул свой Waterman.
— Так, давай посмотрим! — Опер снова обратился к снимкам, указал ручкой на один. — Значит, вот этот?
— Да.
— А что за кликуха? Блатной, что ли?
— Да нет. Она говорит, эмчеэсник. Но дерзкий, крутой… Я навел справки: пистолет Рыбаку заклинил тот, кто прошел спецназовскую подготовку. И кто мог завалить всех троих, не оставив следов… Только почему потом у этих троих вдруг оказались переломы и разрывы внутренних органов, не знаю. Ты этим занимался, вот и разбирайся!
— Ты мне не указывай, — зло оскалился Громобой, но тут же взял себя в руки. — Надо хорошо все обдумать, чтобы не сесть в лужу. Кто еще об этом знает?
Круглый покачал головой:
— Больше никто.
— Точно?
— Точно!
— А ты что, к своему руководству не ходил?
Круглый на миг замялся. О том, что Хорольский его не принял, а Карнауху он доложил лишь часть собранной инфы, Громобой не знает и вряд ли узнает. А в таких делах лучше, когда этот крученный-перекрученный опер знает меньше, чем тот, кто сообщает ему новости.
— Нет еще!
Если бы он сказал правду, то избежал бы больших неприятностей. Но никому не дано заглядывать в будущее, а умение просчитывать последствия своих слов и поступков присуще далеко не каждому.
— Ну хорошо, — сказал Громобой. — И не ходи пока. Я подумаю, как все лучше обставить.
— А это… Ну, вознаграждение?
Опер вздохнул и печально покрутил головой.
— Ну что же ты? Сложное дело поднял, отличный меморандум написал! Такой талантливый, такой смелый, но такой жадный… Сколько раз я тебя из говна вытаскивал, сколько раз спасал, сколько раз делился с тобой! Ты что, не помнишь? Или претензии есть?
Круглый потупился.