В черной сцене ментальной войны, его собеседник замечает необычную остроту момента. Величество уже отстранило допрос до самой встречи, но он не мог стерпеть этого риска. Теперь же Латкари готовится к новому расследованию, и снова он встает на пути сомнительных провалов. Его жизнь – это удел безусловной преданности и постоянного обучения противникам будущих угроз....
Порывы ночного ветра то и дело заставляли языки пламени прижиматься к земле и жадно облизывать крыши стоящих рядом зданий, не занявшихся яростным пламенем только благодаря покрывавшему их толстому слою снега.
— Вперед! — рявкнул седовласый священник, пришпоривая коня и устремляясь навстречу зареву пожара.
— Отец Флатис, мы не можем отвлекаться на тушение пожара! — крикнул поравнявшийся с его конем другой священнослужитель. — На нас возложена другая миссия!
— Глупец! — зло крикнул отец Флатис, пригибаясь к шее лошади.
Привратник предпочел проглотить оскорбление со смирением истинного священника и переключился на скачущих позади монахов:
— Быстрее, братья! Быстрее, во имя Создателя!
Глава четвертая
Смертельный дар"
"Город кончился внезапно.
По инерции мы бежали до тех пор, пока впереди не показался длинный каменный причал, уходящий глубоко в море.
— Всем стоять! — вполголоса распорядился я, замирая на месте и настороженно крутя головой по сторонам.
Поодаль за крышами складов и домов виднелись отблески все не затихающего зарева. Славно трактир полыхнул, раз до сих пор не затушили. По-прежнему тревожно звенел набат, поднимая жителей с теплых постелей и выгоняя на мороз.
