В этой книге вы окажетесь в мире "Крестов", где жители не просто дышат друг другом, но и делают это с головой. Напыщенные полицейские способны нанести мусорку без повреждений, хотя умудряются не испортить даже внутренние органы. Но что если бьют именно за голову? Это выясняется в жутких приключениях на грани реальности и фантазии....
– Ну что? – осведомился Картавый. – Башку тебе заодно не подлечили там – все по-прежнему Знахарем себя каким-то величаешь?!
Да, у этого не было сообразительности и артистизма Бахвы – прямо-таки напором брал! Это ж какой силушкой нужно обладать, чтобы всех воров с их обычным непомерным гонором под себя подмять. Ай да Карабас. Тебя бы в большие начальники! В Президенты. Вмиг бы страну в мировые лидеры вывел!
– Подлечили, – сказал я. – Уже не величаю!
– Прогресс! – заметил Злой. – Это что ж, тебе лекарство какое-нибудь вкололи заграничное, или просто просветление нашло!
– Нашло! – сказал я.
– Здорово! – Злой покачал головой изумленно.
Вид у него был вполне искренний. Похоже, ребята здесь настолько вжились в роль, что в самом деле считали меня психом, который теперь пошел на поправку.
– И чего теперь делать думаешь? – поинтересовался нетерпеливый пахан.
Я выдержал драматическую паузу, прежде чем вымолвить:
– Сознаюсь.
Я бы не удивился, если бы со всех сторон раздались восторженные аплодисменты и в раскрывшихся дверях камеры появились Муха с Живицким – также рукоплещущие. Но вместо этого в камере повисла гробовая тишина. Злой похлопал меня осторожно по плечу. Ободряюще.
Пахан кивнул головой.
– Мудро! – сказал он только. – Мудро!
И снова воцарилось молчание. Я понял, что все ждут, что я тотчас начну стучать в дверь с воплем: хочу сделать признание!
Ах вы, сучки позорные! Потерпите еще немного и помучайтесь – вдруг я передумаю, и тогда вам еще долго придуриваться придется.
– Завтра! – сказал я и лег на шконку, повернувшись лицом к стене – пусть думают, что решение мне далось нелегко. – Завтра пойду к следаку!
Урки вздохнули, кто сочувственно, кто разочарованно.
А я стал думать над тем, что не давало мне покоя с того момента, как я попал снова в «Кресты».
