Возвращение Павла Кулагина в Переславль после долгого отсутствия вызывает первые подозрения. Жизнь местных жителей мало изменилась за这一年, но прибыв на вокзале с утра как всегда, капитан обнаруживает странности — искорененные старые знаки городской гимназии, заброшенный рынок, будто поглощенный временем. Павел чувствует себя незнакомым в родном городе....
– Ты подглядывал, что ли, Виктор Алексеевич?
– Да зови просто Алексеичем. Не подглядывал, давление в системе полива упало, ходил, смотрел трубы, соединение шлангов. Пробоину искал. Ну, и услышал ваш с ним разговор. А потом увидел, как ты его метлой и пистолетом. Лихо, ничего не скажешь! А Николай Алексеев лучший охранник у Боровского. Да и мужик нехилый. Прошлым летом тут недалеко на берегу озера компания из трех пацанов и девицы пикник решила устроить. Приехали на иномарке, разложились, не глядя, что территория частная, и давай гульбанить.
– Бывает, Алексеич! Я же не «качок». И очень не люблю, когда мне угрожают или пытаются унизить.
– Да-да. Учел мое предупреждение.
– А чего прямо не сказал, что меня будут проверять таким образом?
– Да я и сам толком не знал.
– Чего еще ждать от Боровского? – серьезно посмотрел на садовника Павел.
– Ну, теперь ничего. Если он сказал, работай спокойно, значит, больше никаких подлянок не будет.
– А от Алексеева?
– От того тем более. Он что, идиот, каждый раз по яйцам получать? А это, у него ничего там не отвалится?
– Нет, – рассмеялся Павел. – Максимум неделя, а может, и меньше, и будет в полном порядке, я же бил в щадящем режиме. Так, чтобы на время вывести из строя.
– А мог по-другому?
– Мог.
– И как?
– Убить! – прямо ответил Кулагин.
– Ты это серьезно?
– Вполне!
– Да-да. Ну, и жизнь пошла. Весело, ничего не скажешь.
