– И домашнее платье тоже ты взяла, – сказала я.
– Я. – Вела, видно, решила каяться до конца. – Хозяйка его уж давно не надевала, оно старое, но ткань-то до чего хороша! Я его маменьке отдала, сказала, что хозяйка подарила со своего плеча. Та на себя перешила, до того ладно получилось, все соседки иззавидовались!
– Ну а голубое-то платье ты зачем уволокла? – спросила я. С бельем и старыми тряпками было понятно, но это не давало мне покоя.
– Новое-то? Это не брала, – решительно отказалась Вела. – Что же я, госпожа, совсем без разумения? Это платье господское, куда мне в нем, на городской праздник идти, что ли? Так сразу заметят! К чему мне это?
– А туфли? – задала я провокационный вопрос.
– Туфли взяла, – созналась Вела. – Уже когда хозяйка пропала. Подумала, вдруг решат, что это она прихватила! А туфельки только самую чуточку поношенные, даже не заметно, а у меня летнее выходное платье ну в точности такого цвета, и размер подошел… Но голубое платье не брала! – повторила она. – Вот что хотите со мной делайте – не брала!
Очень интересно! И куда же запропастилось это треклятое платье? Не само же оно в окно улетело! Если его не брали ни Дита, ни Вела, то кто тогда? Вывод напрашивался только один: его припрятал сам Лейс Ротт. С какой целью? Да с очень простой: привлечь внимание сыскарей. Несомненно, на пропажу белья и старых платьев они могли махнуть рукой, а если бы обнаружили их вдруг у Велы, та преспокойно заявила бы, что хозяйка сама ей отдала эти вещи за ненадобностью. Полагаю, Ротт это прекрасно понимал (уж не знаю, подозревал он служанку или нет), поэтому убрал с глаз долой броское новое платье и заявил, что жена, должно быть, прихватила его с собой. А если сбежала она не сама и вещи собирал кто-то другой – ну, не устоял перед такой красотой, к примеру! – то это уже повод искать женщину всерьез.
К сожалению, проверить эту догадку можно было только одним способом: расспросив самого Ротта. Но в этом случае пришлось бы раскрыть тайну Диты, а заодно и Велы, иначе как бы я объяснила свою уверенность в том, что никаких вещей Дита с собой не брала, особенно пресловутого голубого платья? Ну, это уже неважно…
Следующую остановку я совершила в мастерской Ротта. Приказчик, едва завидев мою внушительную фигуру, преисполнился трепета и мигом провел меня к хозяину.
– Госпожа Нарен? – удивился тот. – Какие-то новости?
– Боюсь, новости неутешительные, – заявила я, без приглашения усаживаясь в кресло.
– Что?.. – Ротт подскочил. Вид у него был самый что ни на есть несчастный, но жалости к нему я отчего-то не чувствовала. – Вы нашли Диту?
– Увы, нет, – вздохнула я. – Но… это вам ни о чем не говорит?
Я выложила на стол вышитую салфетку, ту, что купила в лавчонке тетки Тиры.
– Это… – Ротт повертел кусочек ткани в руках.