Он оставлял зацепки, метки, будто просил найти его. И на плахе он выглядел довольным – мы поняли его намеки. Очень похоже.
– Не уверена, что наш нынешний противник жаждет оказаться на плахе, – хмыкнула я. – Но в чем-то вы правы… Похожий почерк, это во-первых. Во-вторых, эти преступления, так сходные со старыми…
– Он дает понять, что ни о чем не забыл, – вставил Лауринь. – Напоминает вам обо всем. Делает вызов.
– Именно, – я поправила волосы, упавшие на глаза. – Он говорит о том, что все мои уловки не стоили и ломаного рисса! О том, что я должна быть готова… но к чему?!
– Может быть, он правда хочет, чтобы вы нашли его? – тихо спросил Лауринь.
– Не стану отрицать, Лауринь. Мне кажется, – только кажется! – будто мой противник не удовлетворился произошедшим десять лет назад. Будто он жаждет реванша. Или… Я не знаю, чего он хочет.
– Вас, – коротко ответил капитан. – Он хочет вас. Либо желает привлечь вас на свою сторону, либо…
– Убедиться, что вы достаточно умны, чтобы найти его, достаточно сильны, чтобы противостоять ему. – Лауринь смотрел на меня без улыбки. – Убедиться, что он не сумеет привлечь вас на свою сторону. А после этого…
– Убить меня, чтобы не мешала осуществлению его грандиозных планов, – докончила я. – Вы, Лауринь, умеете ободрить, как никто иной!
Что говорить, он озвучил мои мысли, но сейчас они звучали совсем не грозно.
– Фло… – когда мое имя произносят вот так, даже я могу растаять. Ненадолго, но… – Полчаса ничего не решат, верно?
– И откуда вы такой умный взялись?
– Вы научили, – а усмешка, оказывается, чувствуется щекоткой. – Так не решат?
– Откуда в вас это животное начало, Лауринь! – посетовала я. – Вы были таким трепетным юношей!.. Надо сказать Его Величеству, что молодежь следует занимать делами… ибо если не будет времени на всякие глупости… Чтоб вас, Лауринь! Где вы только такому научились?..
Солнце стояло уже высоко, когда я поняла, что проголодалась. Спихнуть с себя Лауриня оказалось задачей не из легких: капитан изрядно возмужал за прошедшие годы, это во-первых, а во-вторых… Когда-то, помнится, он касался меня с робкой трепетностью юности, теперь же обнимал так уверенно и по-собственнически, что высвободиться из его рук мне удалось не сразу.
– Тея!! – гаркнула я на весь дом, приоткрыв дверь. – Готовь завтрак на двоих!
– Лучше обед, – сказал у меня за спиной Лауринь, не отрывая головы от подушки.
– Идите вы!.. – Я прислушалась, уловила едва различимое «да, госпожа» и прикрыла дверь. Бедная моя домоправительница, мало ей было хозяйки, теперь придется терпеть присутствие этого вот… мужчины.