Точнее, вечер… — У клуба или внутри?
— Внутри? Губы раскатал! — усмехнулся генерал. — Все вы будете в оцеплении, но этого никто не должен заметить.
— А как же! — Иннокентий явно оживился. — Оружие?
— Обязательно, — серьезно ответил Богомолов. — Понял! — На этот раз в его голосе не было и тени шутки.
— Удачи, Кеша! — генерал подмигнул, словно тот мог его увидеть.
— Кажется, она нам будет очень нужна. Спасибо, шеф!
Генерал положил трубку и несколько минут смотрел на аппарат, с нежностью думая об этом толковом парне, балагуре с виду, но тонко чувствующем, когда можно побалагурить, а когда необходима полная концентрация всего, что ты умеешь, чему тебя учили… «Интересно, как там поживает спецгруппа?» — подумал он, и тут же ожила рация, словно подслушав его мысли. — «КаИ!» «КаИ!..» На связи — «Резерв»! — «КаИ» на связи — отозвался Константин Иванович.
— У нас все спокойно. Наши «приятели» нас не покидают.
— Хорошо! Если не будет ничего экстренного, жду вашего звонка по телефону зазтра в десять ноль-ноль. — Вас понял, «КаИ». В десять ноль-ноль! — Отбой. — Отбой.
Богомолов отключил рацию и снова побарабанил по столу: на душе его почему-то было неспокойно, словно что-то должно случиться непредвиденное.
— Константин Иванович, к вам Воронов, — раздался голос помощника в селекторе.
Богомолов поморщился — он снова забыл о своем помощнике.
— Пусть войдет! Михаил Никифорович, что же вы не сказали, что вы еще здесь?
— Ну как же, Константин Иванович, вы же тоже еще здесь.
— Я — это я, а вам отдохнуть нужно: завтра будет трудный день. Так что можете ехать домой: возьмите мою машину, а потом пришлите сразу же ко мне.
— Спасибо, Константин Иванович, но я же сам на машине, не беспокоитесь за меня: мои сейчас на отдыхе, что мне делать дома одному? Вдруг я вам понадоблюсь?
— Ладно, как знаете. В любом случае — спасибо! — Не за что, товарищ генерал, это моя работа… Входите, товарищ Воронов! Богомолов покачал головой: непробиваемый помощник, он очень толковый и пунктуальный, а память — что твой компьютер!
— Можно, товарищ генерал? — заглянул в кабинет Воронов.
— Входи, капитан, входи! Присаживайся. Уверен, что генерал уже ввел тебя в курс дела.
— Так точно, — без всякого энтузиазма отозвался Андрей. — Что такой хмурый-то? — Да так… — Он покраснел.
— А-а, — догадливо протянул Богомолов. — Думаешь, не попадешь на юбилей? Воронов опустил голову.
— Ошибаечься, дорогой Воронов! — генерал подмигнул ему. — Можешь не огорчаться: я уверен, что твои «подопечные» именно на этот юбилей и летят.
— По душу Савелия! — оживленно встрепенулся тот.
— Несомненно! — подтвердил Богомолов. — Я думал, что Говоров тебе рассказал о наших выводах.
— Думаю, что ему некогда было, а скорее всего, он подумал, что я и сам додумаюсь.