Савелий прекрасно понимал, что интерес к нему, возникший во время гибели нескольких человек, не мог внезапно ослабнуть, и самым подходящим случаем избавиться от него был юбилей — огромное скопление народа, все увлечены схватками и разгорячены возможностью легкой Наживы. Убрать намеченную жертву в такой обстановке не составит особого труда. А самому противостоять невидимому противнику почти невозможно.
Услышав тихие шаги в коридоре, Савелий сделал вид, будто только что подошел. Константин подозрительно посмотрел на него, но ничего не сказал, пока сам Савелий не произнес, пожимая плечами:
— Хотел принять душ, но… — Он хитро подмигнул. — Наши хозяева просто неутомимы.
— А я разве вам не говорил, что здесь есть еще одна ванная?
— Еще? — Савелий сделал удивленное лицо. — Шикарно! И где же она?
— — Вон, по тому коридору, слева.
— Очень признателен вам, сударь! — шутовски шаркнул ногой Савелий.
— Что будете на завтрак? — не обращая внимание на явную издевку, спокойно спросил тот.
— О, завтрак очень легкий! — весело воскликнул Савелий. — Чай, ветчина, масло, красная икра, немного красной рыбки и пару яиц всмятку.
— Хорошо, завтрак будет подан через двадцать минут. — Тридцать пять, если не возражаете, — поправил Савелий.
— Через тридцать пять минут, — так же невозмутимо согласился он.
«Видно, хозяин провел с ним разъяснительную работу», — подумал Савелий и, насвистывая, пошел в сторону второй ванной комнаты…
Сегодня ночью, несмотря на все усилия расслабиться перед ответственным днем, Савелий долго не мог заснуть. Его возбужденный мозг анализировал и предстоящие бои, и возможные встречи с неожиданным противником вне татами. Чем больше он размышлял, тем больше приходил к выводу, что сегодняшние его «хозяева», как ни странно, находятся на его стороне и будут всеми силами обеспечивать его безопасность.
Ему пришла в голову нахальная мысль: взять и проиграть последний поединок. Он даже хихикнул от удовольствия. Можно себе представить, что будет с Лолитой и ее «милым», сделай он такое! Нет, он не может позволить себе роскоши опуститься до такой унизительной мести. Не может! Тем более, он уверен, что Андрюшка наверняка поставит на него свои копейки, а подвести друга он не мог.
От мыслей о врагах он постепенно переключился на мысли о своих близких. Ему вдруг вспомнилась мать, ее роскошные светлые волосы. На миг ему показалось, что он чувствует ее дыхание, вдыхает ее запах. Вызвав эти болезненные воспоминания, он неожиданно снова очутился в ТОЙ машине, на ее коленях, почувствовал на щеке ласковую материнскую руку. Он ощутил ее последний поцелуй и тут же был вышвырнут этими ласковыми руками из машины.