Потерявший память Савелий Говорков становится целью дельцов от восточных единоборств. Его старый друг, капитан Воронов, пытается спасти товарища от мафии. Неожиданное противостояние с кикбоксером из Сингапура по кличке Робот Смерти приводит к драматическим последствиям.
Раздел Chitat.online для книги «Возвращение Бешеного» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Потерявший память Савелий Говорков становится целью дельцов от восточных единоборств. Его старый друг, капитан Воронов, пытается спасти товарища от мафии. Неожиданное противостояние с кикбоксером из Сингапура по кличке Робот Смерти приводит к драматическим последствиям.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Виктор Доценко Легкое чтение Боевики Детективы подборки серии
Потерявший память Савелий Говорков становится целью дельцов от восточных единоборств. Его старый друг, капитан Воронов, пытается спасти товарища от мафии. Неожиданное противостояние с кикбоксером из Сингапура по кличке Робот Смерти приводит к драматическим последствиям.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Между прочим, я верю, что есть жизнь после смерти! — неожиданно серьезно заявил Константин.
— Ты что, помнишь как это было? — заинтересовался Савелий.
— Не только помню, но и вижу, как… как тебя сейчас! — Можешь рассказать?
— Почему нет, могу. Сначала мне показалось, что я как бы взлетел над кроватью и увидел себя всего в бинтах, плачущую мать, суетящихся вокруг меня с приборами врачей…
— Извини, почему в бинтах? — Восемнадцать ножевых ран, даже сердце было немного задето… Ну вот, смотрю я сверху на все это и думаю, почему это они так суетятся, почему мать плачет? Ведь я живой! Но вдруг слышу, как один доктор замахал руками и говорит, что все, мол, пульса нет, дыхания нет, давления нет… Умер, мол, парниша! Конец! — И что ты?
— А что я? Удивляюсь себе сверху, а тут вдруг яркий свет откуда-то, то ли белый, то ли голубоватый такой… — Он блаженно улыбнулся и прикрыл глаза. — И так мне стало хорошо, тепло так, словно счастье меня коснулось… И взлетел я еще выше, прямо над крышей больницы, над городом, и вдруг вижу какую-то странную трубу… Нет, не трубу, а скорее какое-то странное отверстие, и меня туда затягивает, затягивает, а мне не страшно вовсе. Мне даже показалось, что эта труба и есть мое избавление от всех несчастий. И я вот-вот влечу в нее. Но вдруг, словно сквозь сон, послышался мне голос бабушки, с которой я прожил почти все мое детство. Она умерла за год до того от рака легких. Вот она мне как будто и говорит: «Костик, зачем ты так рано пришел ко мне? Вернись к матери, ведь она не выдержит разлуки с тобой. Вспомни, она еле-еле осталась в живых, когда я покинула вас!» А у мамы действительно очень слабенькое сердце…
— А я ее спрашиваю: «Как же ты, бабулепька?» — «За меня, говорит, не беспокойся, мне здесь хорошо и благостно.» Так и сказала — «благостно». Потом ее голос пропал, а я очнулся в кровати. Вижу передо собой застывшую мать, хмурые лица врачей, сестер, которые уже стали сворачивать свои инструменты. А мать увидела мои открытые глаза и тихо так сказала: «Что, больно, сынок?» — «Немного, — говорю, — больно». У врачей — шары на лоб, так и замерли! А потом суеты еще больше. Один профессор, совсем старый, сказал, что за всю его практику такое впервые видит. «Считай, — говорит, — что ты с того света вернулся». — «Почему, — говорю, — считай, я, действительно, был там». Рассказал ему, а он не поверил: психиатра ко мне приставил, и я два года еженедельно ходил к нему отмечаться. А ты говоришь… Нет, я верю в жизнь после смерти! — Константин проговорил это с таким вызовом, словно хотел сразу противопоставить свое мнение возражениям собеседника.
— Я тоже верю… — тихо отозвался Савелий и еще тверже добавил.
