— Я не хуже тебя владею Книгами Судеб, — продолжала вещать Алайя, — Думал, излечишь Эмми от проклятия и все, можно расслабиться? Ха!.. Может быть без проклятия я больше не смогу взять кого-то из твоей семьи напрямую под контроль… Но я буду периодически насылать на вас разного рода несчастья! И бедствия!
Я прямо увидел, как она злобно и торжествующе ухмыляется.
— Ты, вор, будешь наказан за свое преступление! — заявила она, — Рано или поздно!
— Ты не заслуживаешь этого амулета, — сказал я, продолжая заниматься своими делами.
— Да неужели? — она вылезла из стены уже прямо передо мной. Её огромная грудь, упакованная в зеленую листву, плавно колыхалась перед моим лицом. Зараза… Штаны щас порвутся…
— Ты охотилась за людьми и выпивала их души, — сухо заметил я, продолжая наводить порядок, — И теперь мне мораль читаешь? Ты недостойна владеть такой силой.
— Ах-ха-ха-ха! — она жеманно прикрыла рот ладошкой, — Ой, насмешила, тля… Я, высшее существо, делаю то, что пожелаю. Я создана править этим миром, и моё желание для вас, смертных червей — закон. Вы не более чем мои игрушки, которые должны угождать мне, запомни это.
Я продолжал молча работать тряпкой оттирая грязный пол. Алайя крутилась вокруг меня, нарочито выгибаясь в самых соблазнительных позах.
— О-о-о… я вижу, ты возбужден, — промурлыкала она, глянув на мой пах, — Это последствия эксперимента? Или я тебе нравлюсь, да? Гребаный извращенец! Ха-ха, жалкий извращенец!
Она расхохоталась и плавным движением опустила края своего платья, обнажив свою грудь. Большая и упругая, в виде идеальных полусфер, она так и просилась в ладони. Два больших соска, формой похожих на желуди, смотрели на меня, как дула пистолетов. Словно собирались пристрелить наповал…
— Ну же смотри, отброс, — промурлыкала она с издевкой. Закинув руки за голову, она подвигалась из сторону в сторону, заставив свою грудь соблазнительно покачиваться, — Смотри на это совершенство. И страдай. Это то, что ты никогда не получишь. И знаешь что… мне совершенно не стыдно обнажаться перед тобой, — сказала она, — Это все равно, что переодеваться в присутствии животного. Жалкой псины. Эй, песик! Вылижи!
Она демонстративно плюнула прямо на пол, который я вытирал.
Я провел тряпкой по полу напоследок и внимательно оглядел дело рук своих. Хм… ну, кажется, всё правильно сделал.
— Вот ты и попалась, — ухмыльнулся я, распрямившись.
— Что? — недоумение скользнуло по её лицу.
