— Мне не нужны няньки, я буду сражаться сам, — я кивнул, — На какую сумму будем драться?
— А что, у вашего жалкого нищего рода деньги что ли завелись? — рассмеялся Кривотолков.
Я молча достал деньги, полученные от безопасников за духовные кристаллы. По классу прокатились удивленные возгласы.
— Здесь сто тысяч, — сказал я небрежно, пройдясь пальцем по тугой пачке купюр, заставив их хрустеть, — Получил сегодня, продав кристаллы и артефакты, найденные в Разломе. От тебя, Кривотолков, я тоже жду сто тысяч — вряд ли ты добудешь их своими силами, скорее просто одолжишь у папочки, но я не брезгливый. Деньги, как говорится, не пахнут.
Взгляды, обращенные на меня, стали еще более удивленными. Кривотолков тоже озадаченно смотрел на деньги, но быстро взял себя в руки.
— Так что, те слухи, что ты сегодня закрыл в одиночку Разлом, правда? — с удивлением произнес он.
— Ага, — просто кивнул я.
— Пф-ф… Наверняка был слабый или не до конца сформированный Разлом. Я бы тоже самое сделал, — с пренебрежением произнес Олег, — Если бы рука цела была.
Большинство в классе явно не были с ним согласны. Многие смотрели на меня теперь уже скорее удивленно.
Он снова посмотрел на пачку купюр.
— Без проблем, сто так сто, — хмыкнул он, — Победитель получит общий банк в двести тысяч рублей.
Я удовлетворенно кивнул — дикие долги нашего рода это не покроет, но тем не менее. Начнем хотя бы с малого.
— Оружие? — спросил меня Кривотолков.
— Кулаки и духовная сила, — сказал я.
Хорошего магического оружия у меня пока в любом случае не было. Если и было, скорей всего оно всё давно распродано в уплату долгов.
Тот кивнул, принимая мое решение.
— Но у меня есть еще пара условий, — как бы невзначай произнес он, — Бой будет идти до тех пор, пока дуэлянт может продолжать сражение. Самому сдаться нельзя. Поединок считается оконченным, если дуэлянт теряет сознание, обездвижен или… погибает.
Теперь уже в классе воцарилась полная тишина. Всем стало очевидно, чего добивается Олег. Подобные правила использовались для дуэли обычно только тогда, когда поединщики собирались драться до смерти…
— А чего так? — поинтересовался я.
— Да выбесил ты меня, Психонавт, — небрежно произнес Олег, — Честно, мне вот сейчас уже реально всё равно, будешь ли ты жить или сдохнешь… Поэтому вот так.
Я молчал, задумавшись. Если не ошибаюсь, род Кривотолкова участвовал в войне кланов против Безумовых. Могло ли за этим вызовом… крыться что-то большее, чем просто жажда мести за унижение?
Дуэль, которая может закончится смертью. Прежде чем бросать такой серьезный вызов, Олег должен был посовещаться со своим отцом. Я в этом почти уверен.
— Если ты откажешься от дуэли, я буду ходатайствовать о расследовании, — сказал Кривотолков, — И тебя выведут на чистую воду, Безумов.