После чего неожиданно сделала несколько быстрых шагов, вплотную приблизившись ко мне и молниеносно опустилась на колени, впечатав ноги в брусчатку. Склонилась так, что едва не уткнулась мне в ноги, а стоящий за её спиной Измайлов отвернулся — с его ракурса открывался вид, который запросто мог вызвать новый приступ ярости Софьи.
— Если мой повелитель служит тебе, то и я признаю тебя в качестве высшего офицера, соглашаясь выполнять любые твои приказы.
Сбоку от меня сразу же оказалась хмурая Кристина. А с другой стороны появился Оболенский. Выразительно посмотрев на коленопреклонённую деву, лихо закрутил левый ус и глянул на Михаила.
— Любезный, а не хотите ли вы вступить в ряды Первого кавалергардского, лейб-гвардии Его Императорского Величества, полка? Тогда и я стану вашим командиром.
Измайлов, который уже шагал навстречу Софье, лишь отрицательно качнул головой. А князь горестно вздохнул.
— Раньше то бежали так, что земля горела и в стенах пробоины появлялись. А сейчас? Что за времена наступили, Сиятельство?
Проигнорировав риторический вопрос, я подхватил Салвиану за руку, поднимая с земли. Мельком глянул на раскрошившуюся после её падения брусчатку. Потом на абсолютно целые колени девы, где не осталось даже царапины.
— Этого каменного ежа зовут Мьёльниром. Он специалист по изучению энергетических структур и займется твоей.
На секунду замолчав, уточнил.
— Откуда ты вообще знаешь, как выглядит ёж?
На её лице мелькнуло удивление.
— Так они почти везде есть.
Бросив лукавый взгляд в сторону Михаила, добавила.
— К тому же повелитель поменялся со мной не только знанием языка. Я почерпнула очень много интересного.
Сказано это было громко, так что реакция Софьи оказалась вполне предсказуемой. Измайлов принялся её успокаивать, а в моём кармане завибрировал дарфон, который мне вернули после возвращения. Звонил Шуйский, который не присутствовал на совете, отговорившись срочным и крайне важным делом.
Приняв звонок, я услышал мрачный голос князя.
— Поговорить нам нужно Меркурий. Срочно.
Тон старого князя был таким, что невольно вызывал тревогу. Правда я не понимал, что могло произойти. Наблюдательная система Мьёльнира больше ничего не фиксировала, а серьёзных врагов у нас тут вроде как и не осталось. Разве что Эшмун, но тот сам себя запер в Австралии и судя по результатам наблюдения призрачных конструктов, которые окружали этот громадный остров, который некоторые именовали континентом, финикиец никаких признаков активности не проявлял.
— Так говори. Что случилось?
Симеон на момент замялся. Потом с несвойственной осторожностью уточнил.
— А что тебя связывает с Кроносом?
Я помолчал. Подумал. И задал встречный вопрос.
Князь снова на момент замолк.