В лейб-гвардии их было великое множество, но с этих новый правитель взял клятву на Даре. Куда более жёсткую, чем та, которую они давали предыдущему королю. Правда, не сказать, чтобы она помогла — стоило старому монарху умереть, как все обязательства спали. А лейб-гвардейцы расправились с чиновниками и немногими офицерами, что пытались остановить переворот, несмотря на гибель своего господина.
Мой основной расчёт был на раскол в среде аристократии. Пока прусские дворяне находились в состоянии неопределённости. С одной стороны, они были недовольны способом прихода к власти нового монарха. Ну а с другой — у них не имелось лидера, который мог бы повести всех за собой. Все члены королевского рода, которые показались Фридриху нелояльными, находились под домашним арестом. Само собой, аристократы могли бы попытаться освободить кого-то из них силой. Только вот, для такого, нужно было иметь уверенность, что вызволенный человек согласен возглавить открытое восстание против родственника. Убедиться в этом, при условии полного отсутствия с ними связи — весьма нетривиальная задача.
А мятеж отдельно взятой аристократической коалиции, ничего не даст. Все иные группировки знати, либо возьмут нейтралитет, либо вовсе примкнут к королю, опасаясь воцарения на престоле новой династии. В обоих случаях, проигрыш гарантирован."
"Потому мы направлялись к Вильгельму. Брату нынешнего короля Пруссии, который по закону и должен был стать следующим королём. А вместо этого оказался заперт в одном из многочисленных поместий, принадлежащих династии и согласно всем докладам имперской разведки, содержался под усиленной охраной.
Отыскать дом, где держали принца, оказалось несложно — это было единственное здание, построенное на берегу небольшого лесного озера. Но увиденное мне совсем не понравилось.
Барьеры были не самыми сильными — пожалуй, даже слабее тех, которые прикрывали замок шведского короля. Да и солдаты, что несли стражу в двух линиях охраны, не выглядели сильными Одарёнными. Эти препятствия были легко преодолимы. Вот, что внушало некоторые опасения, так это отчётливый фон божественной мощи Аида, которым тянуло из внутренних помещений дома.
Совсем слабый и едва ощущаемый, тем не менее он присутствовал. И намекал на смертного, которого снабдили ещё одним осколком «искры». Откуда Локи её взял? Как смог использовать?
Оболенский тоже посматривал на дом с вопросом в глазах. Наконец подлетел ближе и соприкоснувшись краями пологов невидимости, оказался прикрыт одним щитом со мной.
— Тебе не кажется, что это та же самая сила, что была у Даниила в Кремле?
Я молча кивнул, а кавалергард почесал щёку, после чего задумчиво уточнил.