Естественно нас ждали — около ступеней выстроилась целая делегация. И пусть они старательно улыбались, но оттенки разума выдавали реальное настроение — часть меня буквально ненавидела, другие скорее боялись, а третьи была в настоящей панике. И все как один, оказались здорово удивлены. Не верили, что у меня получится добраться до Пекина в нужное время.
Впрочем, надолго нас не задержали — спустя пару минут мы уже шагали следом за седым старичком в ранге Мастера, который должен был довести до нужного места.
Оболенский бодро двигался рядом, чуть хмурая Найхва держалась за спиной. Прохор с интересом озирался по сторонам. Гифер же натянул на лицо каменную маску, старательно показывая, что ничего тут не представляет интереса. Но я хорошо видел, как поблёскивают его глаза — не думаю, что титану доводилось бывать на востоке. Тем более, сейчас всё сильно отличалось от его времени.
Дворец был старым. А силы в его стенах было столько, что она ощущалась едва-ли не физически. Давила на сознания, размывала энергетический фон, а кое-где искажала сам воздух.
— Есс-с-сли будет нужно, я сс-сделаю.
Тонкий голос Мьёльнира заставил усмехнуться. Спутник тоже ощутил рост своей силы, вместе с которым пришла и уверенность в собственных возможностях. Но вот справится ли он со всей этой мощью, если дело дойдёт до открытой схватки — вопрос. Хотя, такое развитие событий было маловероятным. Здесь японцы со своей личной охраной из лучших клановых воинов. Да и император Цин дал гарантии безопасности. Конечно, своё слово он нарушить может. Но тогда ему придётся сражаться сразу со всеми, кто явился на переговоры. Да ещё и подвергнуть опасности свою собственную жизнь.
Оттенки божественной силы я здесь тоже чувствовал. Но её было не так много, чтобы всерьёз опасаться.
Мы вышли в просторный холл, стены которого были инструктированы рубинами и старичок остановился. Развернувшись, склонился в глубоком поклоне.
— Его Небесность и его гости ждут вас за этими дверьми.
А ведь мы прилетели даже чуть раньше. Решили подстраховаться? Или просто подумали, что ожидание не имеет смысла?
Когда мы двинулись к дверям, дорогу заступил один из закованных в доспехи воинов, что стояли по обе стороны от входа.
— Внутрь может войти только глава рода и один сопровождающий.
Я окинул взглядом своих сопровождающих. Оболенский единственный, кто обладал опытом, который можно было отнести к дипломатии. Но как раз по этой причине его нужно было оставить с остальными. Потому как, предоставленные самим себе, эти трое могли сотворить всё, что угодно.
— Со мной пойдёт адъютант.
Разум стража плеснул удивлением, но тот его никак не выказал — лишь молча шагнул в сторону.
Вот зал встретил нас тишиной.