Древнеримский бог Меркурий, низвергнутый в современный мир, оказывается в человеческом теле с ослабленной силой. Предав его собратья, он должен найти способ восстановить могущество и отомстить тем, кто когда-то правил вместе с ним. История о падении божества и борьбе за возвращение...
Похоже, «Возвышение Меркурия. Книга 6» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Действовало плетение не слишком эффективно, но зато гарантированно отвлекало. Особенно, если атаковать десять раз кряду, каждый раз заставляя врага восстанавливать свою кольчугу.
Японец сбился. Потерял концентрацию из-за того, что отвлёкся на меня. И Мьёльнир этим немедленно воспользовался — за какую-то пару секунд внутри оболочки азиата переплелись сразу несколько разных видов силы, что устремились к живому камню, который поднимался по ногам цели, охватив их уже до колен.
Потом со своего места сдвинулись ядра, буквально сорвавшиеся и рухнувшие вниз. После этого азиат издал протяжный стон и рухнул на колени. А каменная плёнка охватила почти всё его тело, поднявшись до самой шеи.
Жреческое пламя и неизвестный мне источник энергии, который я всё-таки смог разглядеть, сопротивлялись недолго. Какое-то мгновение и они тоже растворились в тонком слое каменной плоти. А та устремилась ввысь, полностью покрыв собой тело противника.
Сандал что-то довольно рыкнул и я ощутил радостный отклик Мьёльнира — спутник был счастлив, что помог мне справиться с опасным врагом, да ещё и отомстил за рану дракона. В следующую секунду произошло неожиданное — каменная плёнка, что покрывала тело японца разлетелась мелкими брызгами, а на меня обрушился вал жёсткой, раздирающей мой энергокаркас, трофейной силы, что пыталась отыскать новое пристанище.
Глава XV"
"Это было непривычно. И как ни странно, больно. Жреческое пламя Аматэрасу смешивалось с неопределимой чуждой мощью, захлёстывая мою «искру» и обволакивая ядра. Пытаясь впитаться в стенки энергетических каналов и разъедая их. Нарушая ток моей собственной силы.
А следом пришла ещё одна порция мощи. Новый бурлящий поток. Сознание, замутнённое болью и занятое попыткой переработать, освоить и распределить первую волну, не сразу осознало, что это. Когда же пришло понимание, я удивился.
Японец не просто был наделён силой. Мощь плескалась в его крови. Немного. Буквально крохи. Но это была сила, которой раньше владела Аматэрасу. Сейчас она изменилась. Настолько, что слилась со смертной плотью и потому была незаметна даже для меня. Ощутить её вышло только после того, как враг погиб в схватке.
Ещё в ней содержалась память. Не детализированная и не полная. Набор образов и смутных ощущений, которые принадлежали то ли этому конкретному азиату, то ли его предкам. Для того, чтобы разобраться в этом, нужно было время и холодный разум.
