Князь опрокинул в себя остатки содержимого стакана и с хлопком поставив его на стол, упёр взгляд в Брезовского.
— С кем переговоры вы вели? С этим отроком, что жизнь спас царевне и другу моему Симеону или с сынами Константиновыми?
Упоминание Дарьи и Шуйского подействовало на всех, как ледяной душ. Одоевский, который скрипел зубами так, что слышно было через весь громадный стол, оторопело на меня вытаращился. А остальные принялись озадаченно переглядываться да перешёптываться, как будто за секунду, забыв о своём недавнем гневе.
С местными обычаями я успел познакомиться неплохо. Публично признанный долг жизни, среди местных патрициев считался едва ли не самым ценным видом выданного кредита. За такое могли рассчитаться крупным предприятием или дорогим пакетом акций. Вступить на твоей стороне в войну, принять сторону в переговорах, поспособствовать заключению масштабной сделки. Отдариться чем-то, что хотя бы немного соответствовало ценности жизни князя в его собственных глазах. Сейчас же в качестве таких должников выступали Симеон с Дарьей. Что моментально отбило у патрициев охоту на меня смотреть. Вернее, некоторые поглядывали, но уже совсем с иным интересом. Оценивая, запоминая и прикидывая, в каких именно выражениях поставить задачу своей разведке.
— Переговоры шли через Вениамина и Ярополка. Они же должны были обеспечить похищение принцессы Цин, чтобы сорвать переговоры и подписание инвестиционного договора между империями.
Оболенский с довольным выражением лица покивал и глянув на троих царевичей, которые сбились в тесную группу, повернулся к Дарье. А вот Брезовский, неожиданно кивнул в мою сторону.
— Вот он её спас. Вытащил, незнамо как из Пробоя, откуда не было выхода. Волконские тоже должны были там умереть. Князь с дочерью и вдовствующая княгиня. Он всех спас.
Ещё секунду князья помолчали, ошеломлённые услышанным. А потом взорвались яростными выкриками. Кто-то требовал немедленно взять под стражу Рюриковичей, другие желали знать у кого им получать компенсацию — мол, порталы, что хаотично открывались по всей столице, разрушили и их собственность. Теперь же выясняется, что всему виной Чернокровые и дети Константина — вот и вопрос, с кого требовать деньги? Третьи желали уточнить что-то ещё.
Вениамин, который то оглядывался на дверь, заблокированную силой, то смотрел на взбешённых князей, казался растерянным. Видимо подобного поворота событий, смертный никак не ожидал. Понимаю. Неприятно чувствовать себя пешкой в чужом плане. Сам через такое совсем недавно прошёл.
— МОЛЧАТЬ!
Голос Дарьи прокатился по залу, давя на патрициев, вколачивая невырвавшиеся слова обратно в глотки и обрушиваясь на их волю.